Стоя на крыше одного из немногочисленных уцелевших зданий, я смотрел за копошением в рядах западников. Рядом стоял Хад и Геодар — единственные оставшиеся в строю защитники Фасорга. Тень так и не пришла в себя. Её перенесли под землю, где спрятались оставшиеся в живых жители, после чего мы вышли на последний бой.
— Вот и всё, — произнёс Хад. — Недолго мне пришлось княжить. Только начал во вкус входить, а тут такое… Кстати, прикольная корона, Лег. Я ошибаюсь, или она действительно вживлена тебе в голову?
— Не ошибаешься, — я инстинктивно потрогал своё новое украшение. Оно не сдвинулось с места, намертво объединившись с черепом. Признаться, я даже радовался, что сейчас начнётся битва. Хотелось выплеснуть накопившуюся за последние часы злость.
— Они что, уходят? — поразился Геодар, продолжавший следить за неприятелем. — Сворачивают палатки, собирают вещи. Так к битве не готовятся…
Действительно — западники снимали осаду. Прошло несколько часов, как от огромного лагеря остались лишь одни воспоминания и траншеи. Оперативность, с которой войска противника убрались от нашего города, поражала. Но и на этом чудеса не закончились — вскоре из-за холма показались люди. Много людей. Огромная толпа, возглавляемая Фарой Насс, медленно двигалась в Фасорг.
— Сколько же их там? — поразился Геодар. Людской поток всё не заканчивался, даже когда голова процессии добралась до города. Нам пришлось спуститься, приветствуя уставших и обессиленных людей — большинство из них могло передвигаться только с чьей-то помощью. Судя по внешнему виду несчастных, западники если и кормили своих пленников, то явно не самым обильным рационом.
— Мы дошли, — устало произнесла Фара и рухнула на землю без чувств. Десятикилометровая прогулка окончательно вымотала женщину, которой пришлось тащить на себе трех ребятишек.
— Нужна еда. Много еды, — пробормотал Хад и перевёл взгляд на меня. — Лег, у тебя с энергией как? Можешь помочь с лечением? Врача я сейчас нигде не найду.
