С первой попытки ничего не получилось. Как и с десятой — шар постоянно норовил возникнуть рядом со мной. В какой-то момент я собирался уже отказываться от своей затеи, но тут в памяти всплыл первый урок из прошлой жизни. Момент, когда учитель забрал шар у ученика, заставив того биться в конвульсиях, продолжая отдавать свою силу. Мудрый вальг забрал часть энергии у нерадивого ученика, принявшись оперировать его маной. Может, попробовать и здесь так? Я потянулся к источнику ближайшей собаки — как и все чужие хранилища маны, он оказался для меня недоступен. Однако кое-что я заметил — источник постоянно излучал ману, тут же поглощаемую телом, и с этим излучением я мог взаимодействовать. Нормализовав линии, я начал «высасывать» силу, заставляя всё, что выходит из источника, концентрироваться в нужной мне точке.
Собака явно заволновалась — она начала бегать взад-вперёд по берегу, пару раз едва не выскочив из области действия. Но обошлось — беспокойная тварь не уходила далеко от своей лежанки. Я не спешил, внимательно отслеживая линии вокруг инферно. То, что мне показалось изначально странным, нашло своё подтверждение — источаемая мана уходила не просто так, а поддерживала тело. После того, как я закрыл поддержку, тварь начала испытывать дискомфорт. Сейчас я был даже рад, что пустил не шар, а начал работать с собакой — её беспокойство вызвало бурную реакцию среди остальных собак. Почти вся свора начала хаотично носиться по берегу и даже сквозь толщу воды я услышал пронзительный вой — видимо, заблокированной твари стало совсем плохо.
Появились новые источники и у меня участилось сердцебиение — среди прочих явились четыре человека! Видимо, те самые кинологи, что отвечают за своих собак. Мало того — каждый из противников носил с собой несколько силовых камней. Тоже недоступных для прямой работы, но этого сейчас и не требовалось. Я оценил количество собравшихся вокруг орущей от боли собаки точек. Вместо с кинологами их оказалось пятьдесят две штуки. Значит, семь собак охраняют территорию, но это уже не та сила, с которой не смогут справиться десять инферно Анера. Раньше я полагал, что ограничений по целям у меня нет, но сейчас понял, что ошибался — не более пятидесяти за один раз. Видимо, по количеству доступной магической силы. Я приготовился вливать энергию в источники, чтобы превратить берег в огромный кратер, как остановился — поведение собаки, у которой я отнял излишки маны, показалось мне странным. Она прекратила носиться по всему берегу и застыла на одном месте. Изменённую обступили другие твари, кинологи и, как мне казалось, это было идеальным моментом для взрыва, но я медлил. Потому что с каждой секундой количество источаемой магической силы увеличивалось, словно источник пытался бороться, желая насытить тело. Это показалось мне достаточно странным, чтобы подождать и вместо того, чтобы вливать энергию, я начал перекачивать её себе, заполняя бриллиант. Прошла целая минута такой гонки, как неожиданно в меня хлынул целый поток маны. Кратковременный, всего на мгновение, но едва не лишивший концентрации и не выбивший меня из «насиженного» места под водой. Источник собаки-инферно угас, полностью передав мне свою силу, а на берегу осталось лишь пятьдесят одна цель.
Очень хотелось всплыть и своими глазами посмотреть на происходящее, однако я сдержался. Вариантов, по сути, всего два — либо тварь умерла, либо она освободилась от уз. Хотя застывшие на одном месте источники других тварей показывали, что ни с кем сражаться они не собираются. Интересно…
Кинологов я трогать не стал, а обратился сразу ко всем сорока семи собакам, до которых смог дотянуться. Чтобы всех их взорвать, маны у меня не хватит даже с учётом увеличенного резерва и бриллианта. Но зато теперь я могу перекрыть тварям доступ к внутренней силе! Что и сделал, завязав всю энергию на бриллиант. Только на этот раз я перестраховался — работая с изменёнными, я активировал две стихийные сферы. Если на меня вновь хлынет поток энергии и ёмкости бриллианта окажется мало для её поглощения, будет способ сбросить излишки.
То, во что превратился берег, стоило увидеть собственными глазами. Я не сдержался, поднявшись над водой. Но на меня никто не обращал внимания — на берегу творился самый настоящий хаос. Твари визжали как подрезанные поросята. Они носились по всей округе, врезаясь друг в друга и мешая, тем самым, покинуть опасную зону. Кинологи оказались затоптаны и раздавлены, но горечь утраты вождей никак не сказалась на собаках — их буквально разрывало изнутри. В какой-то момент мне даже стало жалко бедных животных. Они не виноваты, что попали на службу каким-то уродам. Вряд ли собаки стояли в очереди, ожидая, когда их примут на работу. Однако поделать я ничего не мог — взрывать тварей в опасной близости от клеток мне уже не хотелось.
