– Так было нужно. Чего ты боишься? Что ещё может с нами случиться, куда уж хуже?
– Не нужно подливать масла в огонь.
– Бреган о тебе волнуется. Хочет тебя видеть.
Майя отвела глаза.
– Нет.
– Убегать нет смысла, ты же знаешь, – заметила Клеа, присаживаясь на край кровати.
– Ты это о чём?
Клеа пристально посмотрела на подругу.
– Ты его любишь?
– Что?
– Я спрашиваю, влюблена ли ты в Брегана.
– Не болтай ерунды, я…
– Вы рисковали своими жизнями ради друг друга. Ты рисковала собой, чтобы его спасти. Поэтому я прошу тебя подумать хорошенько и ответить: ты его любишь?
Клеа внимательно смотрела в глаза Майи, и той вдруг стало нехорошо. Сердце заныло. В глубине души ей ужасно хотелось обратить вспять всё, что произошло между ней и Бреганом. Лучше бы она никогда его не встречала, никогда с ним не заговаривала. Голос разума подсказывал, что ничего уже не исправишь, что уже нельзя разорвать эту связь, что уже слишком поздно, а другая, отчаянная и безумная часть её сознания пыталась отрицать очевидное, пыталась не замечать того, о чём годами кричало её сердце.
– Да. Думаю, я его люблю.
Клеа глубоко вздохнула. Уж если волчица влюбится, то её сердце навсегда будет отдано избраннику, и этого не изменить. Если Майя и правда любит Брегана, то для неё всё кончено. И она это знала.
– Понимаешь, что это значит?
– Да.
– Ты ему расскажешь?
– Нет.
Клеа медленно поднялась с места.
– Конечно, тебе решать, но если хочешь знать моё мнение…
Майя покачала головой.
– Клеа, моё чувство к Брегану противоестественно. Это преступление. Я не могу. Нет. Только не это…
Подруга не стала возражать, ведь, по сути, Майя была права.
– Что же нам делать, Клеа?! Скажи, что делать?! – воскликнула Майя и разрыдалась.
Клеа подошла к ней и крепко обняла, потом выпрямилась и направилась к двери.
– Всё, что сможем, Майя. Как обычно, мы сделаем всё от нас зависящее.
