– Послушай, дружочек. – Мама наклонилась к самому уху Джози. – Послушай. Мне очень нужно, чтобы ты была здорова. Слышишь меня?
– Слышу, мама.
– Хорошо. Я не была уверена, что ты слушаешь.
– Слушаю, мама. Глаза только закрыла.
– Ладно. Значит, договорились. Поправляйся к концу недели, и навестим Морганс-Фолс. Ты ведь и сейчас это место любишь, правда?
– Да, мама. И сейчас люблю.
– Хорошо. В общем, мы условились. Воскресенье, Морганс-Фолс. Но только тебе надо поправиться.
Долгое молчание, а потом я услышала, как Джози говорит словно бы в подушку:
– Мама. Если я поправлюсь, можно будет взять с собой Клару? Показать ей Морганс-Фолс. Она один только раз была снаружи. Да и то совсем недалеко.
– Конечно, можно ее взять. Но надо поправиться, иначе ничего этого не будет. Поняла меня, Джози?
– Поняла, мама. Я теперь посплю еще, хорошо?
Она проснулась перед самым ланчем, и я собиралась дать знать Помощнице Мелании, как мне было велено, но Джози усталым тоном сказала:
– Клара. Ты все время тут была, пока я спала?
– Конечно.
– Ты слышала, что мама сказала про поездку к Морганс-Фолс?
– Да. И я очень-очень надеюсь, что мы сможем поехать. Но твоя мама сказала, что мы поедем только если ты будешь хорошо себя чувствовать.
– Я буду в норме. Я бы и сегодня могла, если бы захотела. Устала просто, только и всего.
– Что такое Морганс-Фолс, Джози?
– Красота неописуемая, вот что это такое. Ты поразишься. Я тебе потом фотографии покажу.
Джози еще долго в тот день была уставшей. Но ближе к вечеру, когда я подняла в спальне жалюзи, чтобы Солнце могло положить на Джози Свою фигуру, у нее заметно прибавилось сил. Помощница Мелания тогда поднялась посмотреть на нее и сказала, что Джози может одеться, если только пообещает провести остаток дня спокойно. Вот почему мы все еще были в спальне вечером, и Джози тогда достала из-под кровати картонную коробку.
– Сейчас увидишь, – сказала она и перевернула коробку. На ковер высыпалось множество фотографий разных размеров, одни лицом вверх, другие вниз. Я поняла, что это у Джози любимые картинки из ее прошлого, которые она хранит под кроватью, чтобы можно было подбодрить себя ими, когда захочется. Многие снимки сейчас наложились на другие, но я видела, что на большинстве из них Джози моложе, чем сейчас. На одних она была с Мамой, на других с Помощницей Меланией, на третьих с людьми, которых я не знала. Джози раскладывала их на ковре, потом взяла одну фотографию и улыбнулась.
– Морганс-Фолс, – сказала она. – Куда мы поедем в воскресенье. Ну, как тебе?
Она дала мне фото – я теперь стояла около нее на коленях, – и там была более юная Джози, она сидела под открытым небом за столом, сделанным из довольно грубых деревянных досок. Даже сиденье было из досок, и рядом с ней сидела Мама, не такая худая и с более короткой стрижкой, чем сейчас. Меня заинтересовала третья фигура за столом – девочки в короткой легкой хлопчатобумажной курточке, ее возраст я оценила в одиннадцать лет. Лица незнакомой девочки я не видела, она сидела спиной к фотографу. Солнечные фигуры, пересекая стол, были видны на них на всех. Позади Джози и Мамы было что-то смазанное и черно-белое. Внимательно рассмотрев, я сказала:
– Это водопад.
– Ничего себе. Ты что, видела водопад, Клара?
– Да. Видела один раз в журнале в магазине. И надо же! Ты ешь перед самым водопадом.
– Около Морганс-Фолс так можно. Сидишь за ланчем, а на тебя падает водяная пыль. Ешь, ешь, а потом чувствуешь, что рубашка на спине вся мокрая.
– Для тебя это не очень хорошо, Джози.
– Когда тепло, ничего страшного. Но ты права. В прохладный день надо садиться подальше. Мест, чтобы сесть, там хоть отбавляй, люди не так хорошо знают про Морганс-Фолс. – Она протянула руку, и я отдала ей снимок. Она посмотрела на него еще раз и сказала: – Может быть, только мы с Мамой думаем, что там что-то особенное. Вот почему там всегда не очень много народу. Но мы каждый раз отлично проводим время.
– Я очень-очень надеюсь, что ты к концу недели наберешься сил.
– Воскресенье всегда самый лучший день для Морганс-Фолс. Там хорошее настроение по воскресеньям. Как будто водопад знает, что это День Отдыха.
– Джози. Кто там с вами на фотографии? Кто эта девочка с тобой и твоей мамой?
– О… – Ее лицо стало серьезным, потом она сказала: – Это Сал. Моя сестра.
Она позволила снимку упасть на другие, а затем начала водить по ним обеими руками, перемещая их по ковру. Я увидела фотографии детей – в поле, на игровых площадках, около зданий.
– Да, моя сестра, – повторила она спустя долгое время.
– А где Сал сейчас?
– Сал умерла.
– Как печально.
Джози пожала плечами.
– Я уже не так хорошо ее помню. Я была маленькая, когда это случилось. Не то чтобы я по ней очень тосковала или что-то такое.
– Как грустно. Ты знаешь, отчего это произошло?
– Заболела. Нет, не той же болезнью, какой я. Гораздо хуже, и поэтому она умерла.
Я думала, что Джози ищет другой снимок, где сфотографирована ее сестра, но она внезапно собрала все фотографии и положила обратно в коробку.
