– Привет, Дух. Ждал меня?
– Нет, просто мимо проходил, – ответил я.
– Ну да, – не поверил Демон.
Подошел Борт и пригласил нас в карету.
– А что скажет Корна? – спросил я Демона, садясь напротив него.
Демон слегка поморщился, словно ему не нравилось то, что он собирался сказать. Но, вздохнув, он все же произнес:
– Это сложно объяснить, Дух, но Корна поймет. Я расскажу все при ней, хорошо?
Я молча кивнул, продолжая рассматривать его и девушку. Она вела себя непринужденно: выглядывала в окно и говорила без умолку.
– У нас снег только в горах. Тут всегда так холодно, милый? – спросила она, искоса поглядывая на Демона.
Он бросил на меня взгляд, прежде чем ответить:
– Нет, только зимой, дорогая.
Я заметил, как они называют друг друга, словно муж и жена или любовники.
– А дома у вас похожи на наши, только не такие красивые, правда?
– Правда, дорогая, – ответил Демон, и его голос стал мрачнее.
Я сделал вид, что не замечаю его тона.
– А где это у вас, тана? – спросил я, чтобы отвлечь их.
– Мы из Сардора… – начала было девушка, но Демон бросил на нее предостерегающий взгляд.
– Простите, Дух, но мой муж не разрешает мне слишком много говорить… А почему вас зовут Дух?
– Мое имя Ирридар тан Аббаи Тох Рангор, тана. Я герцог Вангора, принц Степи и владетельный лорд Дома Высокого Хребта в Снежных горах, – произнес я, наслаждаясь тем, как ее глаза расширяются от удивления.
– Я дочь герцога… просто Исидора, – ответила она, пытаясь собрать свои мысли в кучу.
– Приятно познакомиться, тана, – сказал я, склонив голову в вежливом поклоне.
– Почему вы называете меня тана? – спросила она.
– Так у нас принято обращаться к благородным дамам, тана Исидора, – ответил я. – Как вам у нас?
– Не очень. Холодно, господин герцог, и… много чего еще, простите, я не запомнила, – рассмеялась она, и в ее голосе прозвучала искренняя веселость.
Я увидел, как Демон ревниво нахмурился, и не смог сдержать улыбки. В этой девушке было что-то особенное, что делало ее легкой и непосредственной. Она не пыталась произвести впечатление, не задирала нос и не пыталась казаться важной. И я понял, что ему с ней будет легко. Но ревность Демона лишь подтверждала, что она ему небезразлична.
Я снова отвернулся к окну, скрывая свою улыбку. В этот момент я почувствовал, как между нами тремя завязывается нечто большее, чем просто случайная встреча. Объяснить это было сложно. Да и мое сознание молчало. Это просто сработала интуиция.
В доме Груты витал дух напряжения, словно невидимые нити натягивались между всеми обитателями. Корна, словно беспомощный ребенок, стояла за спиной Груты, как будто искала у нее защиты, и пристально смотрела на вошедшую парочку. Детишки прятались за ее спиной и юбкой, выглядывая с любопытством и настороженностью, как любопытные котята. Я стоял за спинами Демона и Исидоры, предвкушая захватывающую историю.
– Привет, – напряженно произнес Демон, будто только что проглотил непрожеванный кусок. – Я вернулся и искал вас.
– Зачем? – тоном, холодным, как вековой лед горных вершин, спросила Корна. – У тебя, как я вижу, все в порядке. – Ее голос замораживал присутствующих.
Демон пытался натянуть улыбку на лицо, как перчатку на руку.
– Давайте присядем, расскажу все, что произошло со мной. Тогда вы поймете.
Грута быстро принесла стулья, и мы расселись. Я приготовился к захватывающей истории, но то, что я услышал, можно назвать не просто потрясением, а настоящим взрывом мозга.
Во-первых, пройдоха Ридас, который прятался за маской простоватого старичка, умудрился почти захватить и подчинить своей власти новый мир с помощью демонов. Во-вторых, как появилась на свет Исидора? Прямо как в библейской истории: из ребра Алеша. Теперь мне стал понятен мой интерес к ним: у них была одна аура, которую невозможно было не заметить. А то, как Демон освободил мир, было настолько захватывающе, что по этому сюжету можно было бы снять блокбастер. В моих же путешествиях были только грязь, война, поиск сундука и вечные побеги от противников. Я даже начал завидовать: он-то, оказывается, спаситель мира, а я?..
Закончив свой долгий рассказ о приключениях, Прокс достал из сумки амулет и позвал Аврелию.
– Вот твой амулет, детка, – протянул он ей медальон.
Девочка смущенно приняла его, но в ее глазах читалась тень отчуждения. Несмотря на рассказ Демона, между ней и дриадой чувствовалась натянутость, словно порвалась невидимая связь. Между ними встала Исидора, и Корна с Аврелией не могли это принять. Я не чувствовал в них осуждения или обиды, но они неожиданно ощутили себя чужими друг другу. Только Исидора как ни в чем не бывало сидела и улыбалась. Для нее, видимо, все было просто и понятно: она жена и готова принять Корну как сестру. Так она и сказала, добавив, что ждет ребенка.
Глаза Корны покрылись зеленой тиной, она прикрыла их и несколько раз глубоко вздохнула, словно пытаясь избавиться от невидимого тумана.
А Демон, не замечая этого, продолжал вещать, словно лектор на кафедре:
