– Девочки, всем жрицам нужно вернуться во дворец Беоты и постараться защитить его от Рока. Это возможно, если у вас не будет предателей.
– Как мы тебе можем поверить? И как мы вернемся? – спросила «волейболистка».
– Я сейчас вернусь, – произнес я и телепортировался на свою Гору. Ничего не говоря, схватил Чернушку и появился пред жрицами вместе с ней. – Вот Ильридана, вы ее знаете. Спросите, кто я.
– Предательница! – Голос третьей жрицы, до этого хранившей молчание, взорвался яростью. Она, имевшая широкие бедра и пышную грудь, попыталась наброситься на Чернушку – видимо, хотела задушить ее сиськами, но только лишилась магии и одежды.
Увидев себя обнаженной, жрица попыталась сбежать, но я вернул ее обратно. Так повторялось трижды, пока она не поняла, что все тщетно, и застыла, прикрываясь руками и картой, схваченной со стола. Чернушка укоризненно на нее посмотрела и произнесла:
– Ты, Салигидана, как была дурой, так и осталась.
«Волейболистка», нахмурившись, окинула голую подругу холодным взглядом и повернулась к Чернушке.
– Ты хорошо знаешь этого человека? – спросила она.
– Он мой жених, – ответила Чернушка, ее голос звенел от гордости.
– А кто он еще, кроме того, что твой жених?
– Он бог, как и Беота, – ответила Чернушка. – Что вы хотите от него?
– Это он хочет от нас, – ответила вторая жрица. – Он хочет помочь нам спастись.
– Да, он всегда помогает тем, кто в опасности, – сказала Чернушка. – Значит, он признал вас достойными. Поклонитесь ему и просите прощения, недостойные.
Жрицы замерли в ступоре, но вдруг одна из них, обнаженная служительница культа Беоты, опустилась на колени и прошептала:
– Простите нас, господин, спасите.
Я кивнул, ощущая приятную тяжесть ответственности. Это ощущение наполняло меня смыслом существования и придавало стимул развиваться моему расслоенному сознанию.
– Соберите здесь всех командиров. Время принести присягу, чтобы я мог использовать свою силу и защитить вас.
– Хватит нас одних, – ответила «волейболистка». – Остальные не стоят того, чтобы принимать присягу. Они послушны нашей воле.
– Хорошо, присягайте только вы, – сказал я решительно. – Назовите свои имена.
Они назвались.
– Теперь повторяйте за мной. Мы – Милригана, Тумшангана и Салигидана – клянемся на время служить господину Худжгарху, как служили госпоже нашей Беоте.
– Клянемся, – ответили они хором.
– Вот и хорошо, – сказал я. – Я клянусь защищать вас и освобожусь от этой клятвы, как только вернется ваша госпожа.
Клятвы были даны, и в моих руках оказалась власть над большим войском.
– Командуйте сбор, – сказал я, указывая на карту империи. – Вот маршрут до Вечного леса. Вам помогут орки. Ты, – я указал на «волейболистку», – генерал и старшая в армии. Это твои заместительницы. Как у вас с продовольствием?
– Плохо, господин, заканчивается, – ответила она.
– Я пришлю припасы в эту точку. Запомнили карту?
– Запомнили, – ответили они хором.
– Тогда в поход, мои командиры, – сказал я.
– Есть! – ответила «волейболистка» и преклонила колено. Две другие жрицы последовали ее примеру.
Я вернулся к своим девочкам, чувствуя, как в сердце разгорается огонь решимости. В планах, которые строили Высокие, произошли изменения. В конце темного туннеля неизвестности появился свет. Я шел к нему, как заблудившийся в тайге путник идет на огонек жилища, с надеждой и ожиданием чуда. Впереди нас ждали суровые испытания. Ничто не дается человеку просто, за все надо бороться, но если есть надежда, она помогает выйти победителем. Я верил, что смогу преодолеть трудности борьбы за будущее изначального мира…
– Ирридар, дорогой, хватит уклоняться от ответственности! Пришло время стать взрослым и принимать решения. – Ганга шагнула вперед, нависая надо мной своим внушительным животом. Однако путь ей преградила Чернушка. Она выставила руку, словно шлагбаум, и остановила поток недовольства моей орчанки.
– Наш жених спасает мир, – объявила она, и на лицах дам появилось выражение, которое невозможно описать словами. – Хватит приставать к Ирри, он ведет войну богов, сидите тихо и ждите, – отрезала Чернушка, и Ганга начала отступать под натиском ее живота.
Я понимал, что нужно разрядить обстановку, и улыбнулся.
– Пойдемте в зал. Э-э-э, я дальше спальни не ходил и не знаю, что у меня есть, кроме спальни и зала приемов. Пообедаем, – продолжил я и вышел с балкона. Остальные последовали за мной.
– А мы где? – спросила Исидора.
– Мы на небесах, – ответила Аврелия, – здесь живут богожители. Отсюда распространяется власть на тех, кто живет внизу.
Я подошел к Аврелии и взял ее на руки. Прижав к себе, я прошептал:
– Не пугай девочек.
Она тихо рассмеялась.
– Я поняла, дядя Ирридар.
Больше всех была удивлена Исидора.
– Так вы как Манувар, господин Дух? – спросила она.
– Э-э, простите, тана, я не знаю Манувара.
– Он тоже почти бог.
Я подумал и кивнул.
– Наверное, если вам так будет понятнее.
– Мне так понятнее, – ответила она.
Ганга подплыла ко мне и спросила:
– Почему она не твоя невеста?
Я, не ожидая такого вопроса, просто забулькал, будто стал тонуть.
– О чем ты говоришь? Она плоть от плоти моего знакомого.
