Пришлось доставать телефон и включать фонарик. В этот самый момент раздался входящий звонок. Клавдия от неожиданности разжала руку и телефон упал на каменный пол. Экран отлетел в одну сторону, задняя стенка и аккумулятор – в другую. «Чёрт!»– только и смогла произнести Клавдия. Да что же это такое? Таким образом она осталась без света и без телефона. Она опустилась на колени и попыталась наощупь собрать детали вместе. Ползая на коленках по каменному полу, Клавдия пыталась нащупать хоть что-то. Но все её усилия были тщетны. Ни аккумулятора и сим-карты нигде не было. Ей удалось нащупать только чехол с задней крышкой и больше ничего. Клавдия стояла, как оглушенная. Кто хоть раз в жизни разбивал телефон, тот понимает, что значит остаться без телефона и без симки. Там были все номера телефонов за всю её жизнь. Прошло наверное минут двадцать, прежде чем Клавдия это осознала и приняла то, что она разбила дорогущий телефон. Симку ей не найти и экран наверняка разбился вдребезги. Надо было выбираться отсюда. В полной темноте она проделала обратный пусть. Сперва пробралась к люку за стеллажом и на ощупь стала протискиваться вперёд по подземному ходу. С трудом выбравшись наружу, она сняла перчатки и костюм, спрятала их в лаз и опустила за собой барельеф.
Нужно было ехать на смену в порт. Погода была хорошая, и Клавдия домчалась буквально за два часа. Отработав свою смену, Клавдия ехала домой на баркасе, от порта она жила недалеко. Из-за отсутствия телефона она весь день спрашивала у коллег, сколько время, что многие стали проходить мимо неё и по приколу объявляли ей время сами. Ну ничего! Завтра был день зарплаты, и можно было пополнить запасы и купить новый телефон. Клавдия оставила велосипед на парковке и поднялась к себе. У неё ещё оставалась овсянка для завтрака, полпакета риса, немного молока и почти засохший хлеб. Отужинаем по-королевски!
На следующий день в Гамильтоне опять пошёл дождь, и Клавдии пришлось отправиться на работу на автобусе. С самого утра поливало так, как будто копилось целый год. Клавдия залезла в автобус, в котором уже ехали, наверное, человек пятьдесят. Автобус был длинный, с гармошкой посередине, и всё равно все не помещались. Этот маршрут собирал пассажиров с ближней окраины Гамильтона и привозил их в порт. А так как в Гамильтоне все в основном передвигаются на велосипедах, то с сумками через плечо здесь можно встретить разве что пенсионеров. За плечами у каждого пассажира, который резко пересел сегодня на автобус, был мокрый рюкзак, который он не снимал в транспорте, и всё это происходило в переполненном автобусе. Клавдия уже настроилась выслушать какой-нибудь скандал в душном транспорте, но этого не случилось. Все смиренно ехали на работу, уткнувшись в телефоны.
Порой Клавдия думала, почему Гамильтон такой свободный и спокойный город? Ответ был в плохой погоде. Погода здесь и зимой и летом была такая ужасная, что люди не замечали других недостатков. Дожди лили здесь постоянно. Зима представляла из себя белый сырой холодный туман, который накрывал город. Листья покрывались от влажности слизью. Если случайно задеть листочек рукавом, то след на куртке уже было не отстирать. Клавдия на этот раз была во всеоружии: резиновые сапоги, шапка, плащ и зонт. Вечером её ещё ждала зарплата. Только о её приходе она смогла узнать в магазине, скрестив на всякий случай пальцы на кассе. Телефон, на который приходило оповещение, теперь валялся где-то в погребе Хазельдорфа. Чек на 18 евро прошёл, а это означало для Клавдии, что она снова при деньгах. Вечером ей так захотелось есть, что она подогрела в микроволновке яйца и съела их с булочкой и колбасой. Разомлев от такого сытного ужина, Клавдия мигом уснула и проснулась только с будильником, который случайно забыла отключить вчера.
С утра опять похолодало. Вот так всегда в Гамильтоне: С утра ты можешь одеться в сапоги, шапку, куртку и шарф, а вечером придешь домой со всей одеждой в руках и в солнечных очках на носу. В рюкзаке у Клавдии всегда был «набор Гамильтонца»: солнечные очки и зонтик, сложенный дождевик и кепка.
Приехав на работу, она первым делом сделала заход в буфет. Горячий кофе можно было пить неограниченно. Ещё не известно, во сколько она сегодня вернётся домой. Как назло, Моника постоянно давала Клавдии новые указания. То переделать сводки, то пересчитать данные, то посылала на таможню, то в логистику. Обязательно сегодня нужно было проверить все данные сухогрузов на неделю вперёд, созвониться с главным крановщиком. Сама Моника вышла из диспетчерской, оставив Клавдию со всем разбираться самой. Вернувшись под конец смены, Моника сказала:
–Отчитайся, что ты сделала за день?
Клавдия начала перечислять, совершенно не понимая, чем она вызвала гнев начальницы. Ничего не сказав, Моника отвернулась к экрану компьютера
