Шкафчики. Я их украл. Я не стал заморачиваться с ключами Флетчера Кона. Мне нужно было укрытие, а не сломанный байк или расколотый шлем.
Камера висела над дверью комнаты с имуществом. Я провел карточкой-ключом.
Вещи Рори Вандервельде занимали четыре шкафчика, блестящий ассортимент мелких товаров, упакованных в отдельные пакетики. Запонки. Зажимы для галстука. Жемчуг Нэнси Яп, ее колоссальные бриллиантовые гвоздики. Лекарства. Часы занимали целых два шкафчика.
Джед Харклесс и Линдси Багойо не взяли на хранение ни одну из других коллекций. Выбор, который может показаться странным, но я понял. Как только они пошли по этому пути, конца не было. Если они взяли старинные ножи, должны ли они были взять бейсбольные карточки? Если они взяли карточки, должны ли они были взять футбольные мячи? Майки? Искусство? Ключи от машины?
Они не могли взять все.
Проблема была в том, что Вандервельде владел всем. Мы не часто сталкивались с такой проблемой. Богатые люди, как правило, не получают пулю, не стреляются сами и не погибают от холода в переулках. Они умирают так, как живут: на своих условиях.
В нижнем шкафчике я нашел ключи от дома, пять из них на гравированном серебряном брелоке. RWV.
Я украл их и вышел через впускной отсек на стоянку для автомобилей, пройдя под красной неоновой вывеской «БЮРО КОРОНЕРА» — единственным уцелевшим остатком старого здания морга, где она висела над тротуаром, ярко пылая, большую часть столетия.
Когда мы переехали в новое здание — десять лет спустя все по-прежнему называли его так — было принято решение повесить вывеску сзади, подальше от взглядов тех, кто мог бы счесть ее безвкусной. Она должна была вызывать чувство непрерывности, романтического прошлого.
Сегодня вечером в целях экономии электроэнергии вывеску отключили.
Я тоже все еще думал о себе как о новичке. Но это была фантазия. Я провел большую часть своей взрослой жизни здесь.
Семь машин выстроились вдоль стены: три фургона, три Explorer и громадный мобильный командный центр. Коллекция, не совсем достойная Рори Уильяма Вандервельде.
Я открыл задние двери среднего фургона, выпустив облако дезинфицирующих паров.
Каталки. Простыни. Мешки для трупов. Одноразовые комбинезоны в термоусадочной пленке. Набор инструментов. Мелкие мелочи: нитриловые перчатки, N95, запасные батарейки для камеры, детские салфетки.
Натюрморт со смертью.
Я украл то, что мне было нужно.
—
СЕМЬ МИНУТ СПУСТЯ я сбавлял скорость на «лежачем полицейском» на Килмарнок-корт, проезжая мимо знака, запрещающего въезд всем, кроме членов Ассоциации домовладельцев Шабо-Парк-Саммит или их гостей. Мощение выровнялось, и я покатился между деревьями.
Ворота подъездной дороги Рори Вандервельде были закрыты. Я припарковался за поворотом, надел маску и вернулся пешком. За изгородями и стенами угрюмо маячили дома поместья. С их пустыми окнами и высокими плоскими лицами они напоминали отрубленные головы великанов.
Я натянул мятую пару перчаток и перепрыгнул через забор на территорию Вандервельде, приземлившись в зарослях папоротника-мечника. Я выбрался из грядки и пошел по подъездной дорожке.
Даже это скромное усилие заставило мои легкие гореть. Я кашлял и колотил, как будто мог выбить препятствие. Но препятствием был сам воздух.
Слева и справа от меня на меня устремлены слепые взгляды камер видеонаблюдения.
Я представил, как сила нахлынет и обнажит меня — разве это не было бы кстати?
Уличные фонари, светофоры, неон, люстры, бра, настольные лампы, торшеры; пищащие микроволновки, загружающиеся принтеры и идиотские часы на духовке, мигающие двенадцать; армия зомби-устройств, возобновляющих выполнение поставленных задач, как будто время не прошло.
Дети с криками вырвались из своих снов.
И я, поднимающийся на холм к дому мертвеца.
—
ПОД ГРЯЗНЫМИ СТРЕМЯЩИМИСЯ ОБЛАКАМИ пустой автовокзал выглядел огромным. Я поспешил по нему и поднялся по ступенькам, перепрыгивая через две, готовясь совершить четвертое преступление за вечер. Или пятое, или шестое. Кто мог уследить?
Одна наклейка соединяла дверь с косяком, другая закрывала замок.
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
Любое лицо, которое сломает или повредит эту печать или войдет в эти помещения,
ПОМЕЩЕНИЯ БУДУТ ПРЕСЛЕДОВАТЬСЯ ПО ВСЕЙ СТЕПЕНИ ЗАКОНА —
ВЛАСТЬ
27491.3 КОД ПРАВИТЕЛЬСТВА КАЛИФОРНИИ
ОФИС ШЕРИФА ОКРУГА АЛАМЕДА БЮРО КОРОНЕРА
Обе печати подписаны Харклессом, датированы вторником и датированы 1617 годом.
Оба были сломаны.
Неровные края. Кто-то нетерпеливо протискивается.
Ни на замке, ни на раме не обнаружено следов взлома.
Я вытащил пистолет, включил фонарик и, направив его вниз, вошел внутрь.
В фойе было сыро, в воздухе висел запах дичи. Если не считать желтых маркеров-улик, гостиная напоминала последствия пивного бочонка.
Я опустил рюкзак на мраморный пол и остановился, прислушиваясь.
Слабое царапанье из глубины дома.
Я пополз за ним в коридор, следуя по кровавому следу.
Звук стал громче и неистовее. Запах усилился.
Я дошел до развилки, ведущей в зону поражения, и снова остановился.
Закрыть сейчас.
Я осмелился вытянуть голову.