Пробежала пролет, держась за перила, и рванула дальше.
А вслед … вслед раздался стук подошвы о бетонные ступеньки. Завернув за очередной пролет, стрельнула взглядом наверх. Так и было — на расстоянии двух или трех метров следом шел Каратель.
Всю дорогу до университета темная фигура следовала по пятам, шурша обувью по мягкому насту снега. И этот звук очень сильно отдавался в голове. Однажды была схожая ситуация, припомнился момент, когда направлялась на День Рождения Артема, а меня преследовали неизвестные личности. А возможно, и тогда были Каратели?
Гектор? Почему неизвестный Каратель преследовал меня? Черный капюшон проводил до университета, остановился возле лестницы, в здание не вошел. Как охотник с собакой на цепи.
Эля с Алиной при выходе за ворота университета молча переглянулись, не решаясь спросить в чем дело, а Каратель на расстоянии метра и в любом случае услышал бы разговор.
Я не успела рассказать о последних новостях и в особенности о Гекторе. Так странно, раньше девочки были первые, кому рассказывала мысли. А в людском мире уже давно не доверяла тайны. Как будто связующую ниточку отрубили между нами, мы больше не связаны.
По внимательным глазам подруг поняла — меня ждет допрос с пристрастием, с кровавой пыткой. Пока возвращалась домой, опять испытывала мощное давление от Карателя. Не выдержала и сорвалась, резко остановилась в пустом переулке. Слева забор, а справа ряд кирпичных домов и мы вдвоем.
Развернулась. Каратель остановился, капюшон чуть наклонен, скрывая половину лица, поэтому виднелся один его подбородок и нос.
— Почему вы за мной ходите? — спросила строго.
— Мне не разрешено с тобой разговаривать...— получила ответ от мужчины.
— Вы уже заговорили, — с ехидцей заметила.
А мужчина подобрался, выпрямил спину, как будто стал выше от этого жеста. Теперь объясняться точно не станет.
Каратель проводил до квартиры и остановился на лестницы возле окна, там же, где увидела его с утра.
Как только забежала домой, нервно, но очень тихонечко начала кричать на весь дом:
— Катя! Артем! Спец собрание!
Мой возглас, конечно, вызвал легкую суматоху в квартире, Катя выбежала из кухни в фартуке (готовила ужин), Артем из комнаты выбежал, руки в карманах шорт, грудь голая. Вел себя расслабленно, не понимающе ожидал продолжения.
— У нас на хвосте Каратель! — объявила я.
Тетя равнодушно подняла грязные руки к лицу, затем протерла их полотенцем, смахивая грязь. Сразу понятно не поверила мне. Артем тоже не реагировал, тактично помалкивал.
— Я серьезно! — шепотом сказала и показала на дверь. — За мной хвост в виде Карателя! В глазок посмотрите!
Тетя вздохнула обреченно будто имела дело с неадекватной особой, но послушно пошаркала к двери. Сколько мы не пытались не смогли рассмотреть в глазок. Оттуда открывался вид на лифт и начало лестницы, а Каратель находился слева.
— Я серьезно! — шепотом еще отчетливее проговорила. — Артем не смей выходить на улицу!
— А почему тебя преследует Каратель? — совершенно верно спросил Артем. Это единственный вопрос, на который не было ответа. Я смотрела и смотрела беспрерывно то на тетю, то на Артема.
— Не знаю...— выдавила неуверенный ответ. И всем понятно, что соврала, в очередной раз запутавшись во лжи. Сначала Алине врала про Гектора и в результате к чему привело? Мы больше не сможем быть подругами.
Гектору врала и вру (об Артеме не рассказывала). Может если бы он знал, что мне нравится другой, отступил бы? Все-таки мужская солидарность должна быть, я чья-то, не его. Запретная территорию. Может надо было в свое время сказать и было бы проще?
И сейчас опять врала, глупо, неоправданно соврала тете и Артему.
***
В напряженном состоянии провела две недели. Гектор исчез из жизни, но оставил на память странного Карателя. Зачем установил слежку, я думала мы решили вопросы для себя? Влечение к Артему, благодаря постоянному контролю со стороны Карателя, вновь испарились. У нас не было времени думать о любви, пока за стеной находился наш личный палач. Особенно нервозность сказывалась на Артеме. Иной раз казалось, он удовлетворенно вздыхал, когда я направлялась в университет или на работу.
Алине я, наконец, рассказала про принадлежность Гектора к Карателям, она лишь переспросила:
— Ты уверена, что он Каратель?
— Глазенками своими видела, — пальцами указала сначала себе на глаза, потом на Алину.
Больше вопросов у подруги не было, поэтому надолго отстала с расспросами.
Я не думала о Гекторе. Почти. Пыталась этого не делать. Может по ночам, оставаясь в темной комнате, сама с собой и темнотой, и ворочаясь с боку на бок, не находя себе места, чуть-чуть думала и задавалась вопросом, куда пропал. В университете тоже не видела — занят может? В связи с терактом, вероятно, много проблем. Или не хотел меня видеть, но это правильно. Я тоже не хотела его видеть!
Только после этой фразы я сильно сжимала веки, чтобы не видеть ничего, особенно его лица, а иногда и подушкой накрывалась, чтобы не слышать постороннего голоса в голове, его веселого, задорного смеха, который сильно раздражал.
