Он посветил себе за спину, по сторонам. Где безумный доктор? Выжидает удобного момента, чтобы напасть? Жаль, он не захватил фонарик помощнее. И не вызвал подкрепление. Грейс посмотрел на телефон, но тот по-прежнему показывал, что сигнала нет.
— Говорят, месть — это блюдо, которое лучше подавать холодным. Вам, детектив-суперинтендент, это хорошо знакомо, ведь так? После окончания школы я очень долго ждал, прежде чем взяться за первый мой проект, Маркуса Госсаджа, того, что слева. Я послал ему приглашение на свадьбу. Сказал, что как особому гостю, дорогому школьному другу, окажу любезность, пришлю за ним машину с шофером. Он, конечно, клюнул на роскошный «мерседес». Шофером был я сам. Прыснул ему в лицо из газового баллончика, отключил и доставил сюда. Потом позабавился — ампутировал руки и ноги, но убивать не стал. Подвесил к потолку в мешке из миткаля, снабдил подгузником, кормил через капельницу. Вы даже не представляете, как было весело!
Грейс снова повернулся к трем цилиндрам, и его накрыла волна отвращения. К горлу подступила тошнота. Может, ему это все только кажется? Какие-то галлюцинации? Ведь в жизни такого не бывает? Не может один человек вытворять такое с другим.
— Феликса Гор-Паркера я пригласил на встречу выпускников. А потом предложил отвезти домой, потому что сам не пил. С Харрисоном было легче всего — я сказал, что загляну к нему поболтать, подумать, как помочь школе! Разумеется, полиция вела расследование. Но я же не дурак. После каждого я делал паузу на два года. Феликс тогда жил в Эдинбурге. Маркус — в Манчестере. Харрисон — в Бате. У полиции не было никаких оснований связать эти три исчезновения.
Невероятно. Неужели такое и впрямь возможно? Неужели Крисп убил всех троих и сохранил их тела?
— Я знаю, о чем вы думаете, детектив-суперинтендент. Вы думаете, а где же Логан Сомервиль. И конечно, мой последний
Он широко улыбнулся.
Словно завороженный, Грейс следил за языком его тела. Взгляд Криспа метался туда и сюда. Лицо подергивалось от нервного тика. Он то сводил, то разводил ноги. И все эти сигналы говорили об одном: доктор Крисп спятил окончательно.
— Вы ведь не ожидали такого, не правда ли, детектив Грейс? Это вам маленький бонус. Вам нужны девушки. Но вы должны знать, что поначалу я планировал сохранить жизнь этим троим, подвесить их в мешках до истечения срока их естественной жизни, как поступала Екатерина Великая — о ней я вам скоро расскажу. Но получилось не очень удобно — семейная жизнь, хобби (я увлекался туннелями), работа… И тогда я нашел решение. Формальдегид — или, как говорят некоторые, формалин. Я хотел, чтобы они были рядом, чтобы напоминали, сколь сладкой бывает месть. И они действительно очень помогли мне в моих шалостях. Никто ни разу не выказал несогласия ни с одним моим планом! Впрочем, достаточно об этом; они теперь — история. Вам нужно найти малышку Логан Сомервиль и малышку Луизу Мастерс. Поспрашивайте ребят — им известно все. Они — мои соучастники. Без них я ничего этого не сделал бы. — Он поднял руку и пошевелил ухоженными, с безупречным маникюром пальцами. — Пока-пока, мальчики!
Крисп сложил руки на груди и отодвинулся от стола. Потом снова их раскинул.
— О боже, совсем забыл! У моих друзей — Феликса, Маркуса и Харрисона — весьма и весьма ограниченные навыки разговорного общения. Леди, которых вы ищете, в соседней комнате, за этим пологом. Пока-пока!
И экран погас.
Предчувствуя недоброе, Грейс прошел к занавеске и поднял ее. За ней обнаружилась толстая деревянная дверь. Он толкнул ее, сделал шаг вперед и направил луч фонарика в темноту. Воздух здесь был сырой и затхлый, где-то капала вода.
— Логан! — крикнул он, и тьма отозвалась эхом. — Логан Сомервиль? Луиза Мастерс? Это полиция! Вы в безопасности, это полиция!
— Слава богу! Сюда! Я здесь! — донесся женский голос. — Это констебль Мастерс!
