В три пополудни, через полтора часа после окончания брифинга, Рой Грейс проверил онлайн-версию «Аргуса» и остался доволен увиденным. Шивон Шелдрейк сдержала слово, дав заголовок, о котором он просил.
БРАЙТОНСКИЙ КЛЕЙМОВЩИК ДАЕТ ВАЖНЫЕ УЛИКИ
В заметке приводились слова, сказанные Грейсом на брифинге относительно вещей, присланных, предположительно, серийным убийцей Кэти Уэстерэм и только что опознанной жертвы из Лагуны, Денизы Паттерсон.
Грейс заявил, что убийца допустил большую ошибку, снабдив полицию важными для следствия уликами.
Текст заявления составил психолог Тони Балаж, и Грейс выучил его наизусть. Оставалось только надеяться, что тщательно подобранные слова спровоцируют ожидаемый отклик. Тем временем эксперты уже работали с приложенной к водительским правам сопроводительной запиской и пластиковыми конвертами, в которых они лежали.
В очередной раз оставшись без перерыва на ланч, Грейс поспешил на парковку перед Суссекс-Хаусом. План был такой: заскочить домой, по возможности поговорить с Клио и, может быть, немного помочь ей со сборами. По пути он жевал засохший «твикс» с белыми крапинками на шоколаде — батончик отыскался в бардачке под кучей парковочных талонов. Вкус был никакой, но жаловаться не приходилось — он вдруг понял, что готов съесть едва ли не все что угодно.
Прихватив купленный по пути большой букет цветов, Грейс открыл переднюю дверь и застыл в изумлении на пороге. Обе подруги Клио, ее сестра Чарли и родители — все были здесь, и все трудились не покладая рук: заворачивали вещи в упаковочную бумагу и укладывали их в ящики и коробки. Наверху плакал Ной.
— Рой, привет! — Чарли расцеловала его в обе щеки. Она всегда ему нравилась — более молодая, более круглолицая и никогда не унывающая копия Клио. — Ной совсем расхныкался, бедняжка, по-моему, у него режется зубик. — Она посмотрела на цветы. — Это ты ей?
— Да.
— Хороший план. Возможно, ты еще и спасешь свой брак. — Чарли усмехнулась.
Поздоровавшись и поблагодарив на ходу родителей жены и двух ее подруг, он взбежал по лестнице и вошел в комнату Ноя. Клио сидела на стуле возле кроватки, держа на руках и баюкая сына, и Грейса поразило ее бледное, измученное лицо. Увидев его, она равнодушно кивнула.
— Это тебе, дорогая. — Он протянул цветы.
— Отлично. Их тоже надо упаковать.
— Ну перестань! — Грейс подошел ближе, с нежностью посмотрел на сморщенное личико Ноя и поцеловал жену в лоб.
Она вяло улыбнулась:
— Извини. Столько всего навалилось разом. Вдобавок ко всему я начинаю спрашивать себя, правильно ли мы делаем, переезжая за город. Здесь, когда я начинаю сходить с ума от этого малыша, можно выйти с ним на улицу, увидеть жизнь, краски, людей. А что я буду делать в Хенфилде? Беседовать с коровами и овцами?
— Многие говорят, что в деревнях народ дружелюбнее, чем в городах.
Ной опять заплакал, а у Грейса зазвонил телефон.
Он вышел из комнаты. Человек на другом конце линии говорил на ломаном английском, и голос казался смутно знакомым, но Грейс, думая о словах Клио и слушая крики Ноя, узнал его не сразу.
— Рой, алло? Я говорю с Роем Грейсом?
— Да, кто это?
— Марсель Куллен! Что с тобой, старческое слабоумие? Не узнаешь друга из Германии?
Грейс закрыл дверь в комнату Ноя и прошел в их с Клио спальню, где было тихо.
— Марсель! Привет! Как ты? Рад тебя слышать. Что-то случилось?
Марсель Куллен служил в мюнхенской Landeskriminalamt, аналогичной британскому Управлению уголовных расследований. Они познакомились и подружились пять лет назад, когда Куллен приезжал в Суссекс по программе шестимесячного обмена. Полтора года назад они встречались еще раз — тогда Рой летал в Мюнхен в связи с сообщением о том, что там вроде бы видели Сэнди. Сообщение не подтвердилось.
— У нас все хорошо.
— Как дети?
— У них тоже все хорошо. Моему сыну Дитеру уже два года, и он сводит нас с ума. Как говорят у вас, в Англии, ужасные двухлетки.
— Да. Ну, у меня самого теперь сын. Ты, может, даже слышишь его сейчас.
— Вот как? У тебя сын? Ты снова женился?
— Женился — и очень счастлив. Тебе бы надо познакомиться с моей женой.
— Привози ее в Мюнхен. Как зовут?
— Клио.
— А сына?
— Ной.
— Так вот, я почему звоню. Насчет твоей жены… бывшей жены, Сэнди, да?
— Сэнди? — Внутри у Роя вдруг все похолодело.
— Здесь, в Мюнхене, в больнице, есть женщина. Привезли на «скорой» — ее сбило такси, когда она переходила улицу. И тут же какой-то парень на мотоцикле подхватил ее сумочку и скрылся. Мир не без добрых людей, да?
— Обычное дело. У нас такие тоже водятся. Ты уверен, что это просто дорожное происшествие, а не что-то другое? Не умышленный наезд?
— Уверен. Были свидетели — она ступила на дорогу и посмотрела не в ту сторону. Такая ошибка свойственна англичанам — вы ведь до сих пор по неправильной стороне ездите!
Грейс улыбнулся, но нервы уже натянулись и звенели. Едва услышав имя Сэнди, он ощутил глубоко внутри себя ледяной холодок. Словно в комнате вдруг возник и прошел сквозь него призрак.
— Ну так что?
