Мне нужно подтверждение, что я не совершила самую большую ошибку в своей жизни.
Беру свой новый мини телефон, в котором стоит третья за полгода симка. Набираю по памяти номер и понимаю, что чуть не позвонила Леону…
Чтобы я ему сказала? Прости? Люблю тебя? Я не хочу так жить? Я не хочу растить ребенка в страхе?
Удаляю набранный номер и ввожу другой, выдыхаю, когда Коля почти сразу берет трубку.
— Привет, Вер, как ты? Решила, что будешь делать, — без приветствия, словно торопится.
— А что? — сажусь на кровать, утирая влажные дорожки на щеках.
— Просто… В общем я готов приехать и драться за тебя. Я в Москве, Вер.
— Что? — горло стягивает неясным страхом. — Но как? Ты же был…
— Занял денег, нашел пути. Я просто не могу без тебя. Хочу забрать тебя и уехать в Новосибирск. Мне так работу хорошую предложили. Там можно развернуться.
— Будешь драться за меня, не смеши.
— Если потребуется. Но лучше конечно, если без этого обойдется, — вот теперь узнаю Колю. Смешной, слабый, но умеющий договорится с кем угодно. Язык у него всегда был подвешан, что надо. — Вер… Ты готова уйти со мной?
Это ведь так просто. Быть с кем — то простым. Уже знакомым. Быть с ним и не бояться, что завтра за тобой придут. Ребенка убьют. Тебя снова изнасилуют. Только вот… Коля тоже этой гарантии дать не может. Никто не может.
— Я готова уйти, но не с тобой.
В трубке слышится раздраженный вздох.
— Почему?
— Потому что беременна от Зверева, — почему — то произнеся эту фразу я наконец понимаю, насколько это все реально. Насколько сильна во мне любовь еще к народившемуся малышу.
На той стороне наступает тишина, нарушаемая лишь потрескиванием телефонных волн. Бросит трубку? Наверное, сбегать ему со мной уже не так интересно? Жить тем более.
— Ну ты даешь… Но это ничего. Главное ведь: ни кто зачал, а кто воспитал, — говорит он банальной фразой из сети. Даже смешно. Не верю я, что, Коля так легко примет этого ребенка. Полюбит… Меня может быть. Но не ребенка. — Когда ты сможешь со мной увидится? Поговорили бы, обсудили все.
— Я не буду делать аборт, если ты об этом думаешь.
— Даже не собирался это предлагать. Ты ведь всегда хотела семью. Этот малыш часть тебя. Давай увидимся. Даже если вместе не будем, но помочь друг другу должны.
— Мне нужно сесть на поезд, так чтобы никто не узнал об этом, Коль.
— Одной? А я?
— Лучше одной.
И снова пауза, словно думает, чем еще меня заинтересовать.
— Я помогу. Давай увидимся? Скажи мне где ты!
— Я скину адрес, только достань билеты.
— Я приеду, как только все достану! Жди!
А что мне остается? Только сидеть, смотреть на проезжающие мимо фуры и ждать. Вот только почему вместо Коли я так жду появления Леона. Его гнева, но заботы. Его силы, но нежности. Его агрессии, но со львиной долей любви.
Чудес не бывает, но я все равно хочу, чтобы вместо стука Коли, дверь выломал Зверев.
Стук в дверь раздался примерно через час.
Я замираю, складывая телефон в рюкзак и медленно встаю. Сердце колотится в бешеном темпе, я даже руки к груди прижимаю, чтобы его успокоить. Коля? Или Леон?
Подхожу к двери, прижимаясь ухом, словно что — то услышать смогу.
— Кто там?
— Обслуживание номеров. Вам полагается комплимент от нашего отеля. Заберете?
Открываю дверь, выдыхая и даже улыбаясь молодому человеку, что на подносе держит чайник чая. Чай, это вот прям то что нужно. Есть не хочется, а смочить горло душистым напитком то что нужно.
Он оставляет поднос на меленьком столе и покидает номер. Я наливаю себе чай и отпиваю кипятка, чувствуя, как занемели губы. Потом еще немного и еще. Сердце больше не стучит так быстро, а головная боль не рвет артерии. Я выпиваю почти весь чайник, чувствую полную расслабленность и легкость. Словно этот чай наполнил меня теплой энергией. Я даже ложусь, чтобы отдохнуть немного.
Закрываю глаза, чувствуя, как меня почти сразу отключает. Лишь надеюсь, что услышу, когда в дверь постучит Коля. Или Леон.
Мне снится он. Такой нежный и ласковый. Скользящий по телу руками, шепчущий приятные слова, обещающий внеземные блага. Странно, потому что Леон не сильно разговорчивый. Открываю глаза резко. Вскрикиваю, видя над собой Колю. Он держал мою грудь рукой и пытался вставить.
— Давай, давай же, милая, — я просто отпихиваю его от себя. Он от неожиданности падает с кровати и тут же вскакивает.
— Привет, любимая…
— Что ты… — смотрю на его стоящий член, который почти вошел в меня. Хочется отмыться. С кипятком. — Что ты делаешь?
— Я тебе объясню сейчас все. Я вошел, а ты спала, и я…
— Как ты вошел?
— Что? Дверь была открыта.
— Вранье! — сдираю с кровати одеяло и прикрываюсь им. — Дверь была закрыта!
Ногой задеваю чашку, что выпала из рук. Работник гостиницы.
— Ты опоил меня?! Коля! Зачем?!
— Я объясню тебе. Нам нужно разыграть сцену секса, чтобы твой Леон поверил, что ты со мной трахалась.
— Не понимаю… — меня начинает потряхивать, в голове вата. — Как он должен поверить….
Вздрагиваю, когда дверь в номер просто вылетает с петель, а в проеме стоит Леон. И таким я видела его однажды, когда он убил Гошу…
