— Я родился и вырос в России, — ответил я, — но последние годы жизни провел в Европе.
— Последние годы жизни? — переспросила прорицательница. — Нет, с каким же фанатичным упорством ты отказываешься признавать себя живым! Это уже не убежденность, а прямо мания какая-то! Хорошо, поставим вопрос иначе: где сегодня покоится твое бренное тело? Только не говори, что оно уже захоронено — это будет уже слишком!
— Даже не знаю, что ответить… — Я пожал плечами. — Если правда, что людям после смерти в Терра Нубладо путь заказан…
— Фил тебя не обманул — ты хоронишь себя раньше срока. Когда умираешь в Терра Нубладо, ты и впрямь можешь вернуться к своей прежней жизни в Европе, Америке, России… где угодно. Но вот обратных случаев пока не зафиксировано. Этот абсурд невозможно представить даже теоретически: человек умер, и его душа переселилась в наш туманный мир! Чушь несусветная!
Категоричность ответа Кассандры смутила меня еще больше.
— Я бы рад поверить тебе и Фило, — произнес я после тяжкого вздоха, — если бы не помнил, как в меня всадили несколько пуль. Последняя попала точно в голову. Это случилось в Лондоне, пятого сентября две тысячи восьмого года — такова дата моей смерти. Сильный удар в лоб и хруст черепа — вот мои последние воспоминания о мире, за разговоры о котором в Терра Нубладо тоже можно схлопотать пулю между глаз…
Мы вернулись в башню. Исследовать первый и третий ярусы я уже не пошел — отсутствовало всякое желание. Я был раздавлен грузом сомнений, что продолжал наваливаться на меня с каждым новым ответом прорицательницы. Ответы не вносили ясность, наоборот, они только усиливали сумбур мыслей.
— Ты присядь, — заботливо проговорила Кассандра, тронув меня за плечо. Настроение мое было подавленным, и девушка, естественно, обратила на это внимание. — Сейчас спокойно во всем разберемся. Я не забыла твою просьбу: ты хотел разобраться со своим прошлым. Ты ведь сказал, что только за этим меня и искал.
— Да, только за этим, — подтвердил я.
— Вот видишь, — очаровательно улыбнулась прорицательница. — Получается, теперь я косвенно виновна в том, что ты угодил в лапы проклятых вымогателей.
— Я сам виноват, — возразил я, после чего опустил взгляд и добавил: — Но если бы даже знал, что меня ждет, все равно бы пришел. Ты одна, кто может мне помочь.
— Надеюсь, что помогу…
Я обогнул безразмерный стол и по старой бандитской привычке уселся так, чтобы видеть входную дверь. Прорицательница задержалась, чтобы поднять и поставить на место валявшийся на полу стул Анны, произнесла «вот теперь порядок», а затем подошла ко мне и села рядом. Лицо Кассандры выражало искреннюю заинтересованность. Девушка смотрела на меня, как честный следователь, который ставил перед собой цель докопаться до истины, а не любой ценой упрятать подозреваемого за решетку. Я готов был всячески способствовать Кассандре в ее расследовании и рассказать ей все, о чем она попросит. Хотя с другой стороны, если дар у прорицательницы не мнимый, попросить она могла о многом. Вероятно, даже поведать ей о моих снах, распространяться о которых я все же не хотел. Однако коснись наша беседа этой интимной темы, вряд ли я ушел бы от ответа. А вы отказались бы откровенничать с прекрасной дознавательницей, которая смотрит ясными бездонными глазами прямо вам в душу?
— Две тысячи восьмой год… — задумчиво повторила Кассандра дату, которая обязана была красоваться на моем могильном камне. — Меня тогда и на свете не было… А ты случайно ничего не перепутал?
— В две тысячи восьмом я отпраздновал свое тридцатилетие, — уточнил я. — Мы неплохо оттянулись по этому поводу в Амстердаме. Именно там я и познакомился с Ллойдом Брауном, заманившим меня затем в свой проклятый Лондон. Ты даже не представляешь, как отвратительно умирать в Лондоне. В тридцать лет. В шаге от намеченной цели…
— Боже мой, так, значит, тебе сегодня пятьдесят пять! — воскликнула прорицательница. — Да ты старше моего отца!
— Ты что, не расслышала? — недовольно буркнул я. — Сказано же, что в Лондоне мне продырявили башку девятимиллиметровой пулей! Я не дожил и до тридцати с половиной!.. Постой-ка! Что значит «пятьдесят пять лет»? По-твоему, я мотаюсь по Терра Нубладо уже четверть века?
— Милый Арсений, устраивает тебя это или нет, но сейчас на дворе две тысячи тридцать третий, — в очередной раз огорошила меня Кассандра. — Терра Нубладо существует уже шестой год, так что я понятия не имею, где тебя носило без малого двадцать лет. Хотя догадываюсь, что в Терра Куэнто ты никогда не был?
— А это еще что за «терра» такая?
