И целостность Семьи нарушил,
Забрав от матери твоей -
Порвались узы, сердце стонет,
Но враг, что отнимает жизнь –
Пускай в своей крови утонет,
А ты – держись, малыш, держись!
Глава 2.
*** Замок Витана на втором континенте этого мира Камии; от Лирии, где находится поместье Дома Теневого Пламени, его отделяет океан и три месяца плавания на паруснике.
Витан, выйдя из телепорта, стряхнул с руки Сайшеса, далеко отшвыривая от себя. Лёгонькое тело отлетело к стене; мальчик, ударившись спиной об неё и сползая, только тихонько вскрикнул. Витан посмотрел на потерявшего сознание парнишку и скривился. Малявка, щенок, а ударил так, что Витан до сих пор держался рукой за пах.
Ненависть на всю их семью пять лет не давала Витану спать спокойно, и вот теперь ему было кому мстить.
Этот гаденыш ответит ему за всех сразу: и за брата, и за откушенную руку – за все...
Но надо успокоиться и не сломать игрушку раньше времени, иначе он не получит никакого удовольствия, а еще надо сразу обезопасить себя...
В этой поганой семье все стоят друг за друга, и почти все маги. Они выследят мальчишку... Значит, надо разорвать все нити, связывающие его с семьей. И самая крепкая связь, наверняка, с матерью...
Витан оглянулся: в кабинете не было дивана, но и на стол можно было уложить звереныша - маленькое тело вполне поместится тут. Он скинул со стола все бумаги и, нагнувшись, подхватил парнишку за шею. Мальчишка очнулся и заскреб коготками по лапище Витана, пытаясь освободиться, но все было бесполезно... Его подняли и бросили спиной, еще помнящей каменную кладку стены, на стол, выбивая остатки воздуха из груди - его не осталось даже на стон... и мальчишка просто закашлялся, когда Витан убрал руку, давая вздохнуть.
- А теперь, - сказал Витан, когда Сайшес начал дышать нормально, - я отрежу тебя от твоей семьи...
И он потянул за нить золотой энергии, соединяющую мальчика с матерью. Но нить устояла - слишком крепкой была эта связь. В ход пошло усиливающее заклинание...
Боль расползалась по груди, сдавливая ее раскаленным обручем, казалось, из него живого вырывают душу... Сайшес слышал, как другие чиэрри говорили, что душу можно закрыть, но он сам всегда считал ее лепестки совершенно ненужными... и вот теперь он неумело закрывался, корчась от боли. Один лепесток, второй... он словно складывал карточный домик. Но домик - ненадежное строение, любой порыв ветра... так и тут... Витан ворвался в его душу энергетическими жгутами, вырывая лепестки, круша и корежа все подряд...
Дикая боль сковала грудь, и Сайшес закричал...
- Кричи, кричи для меня, звереныш... – хохотал Витан.
Но он не знал маленького Упрямца: отец ему рассказывал, как выпускать когти, но спокойный Сайшес никогда этого даже и не пробовал, и вот, впервые в жизни выпуская когти, он вонзил их в руку, держащую его. Витан опять недооценил его, принимая за жертву, когти вошли легко, и Сайшес рванул их на себя, полосуя руку до кости.
- Тварь!
Витан расплатился с ним ударом в живот, от которого померк свет...
*** Поместье Дома Теневого Пламени.
Ранс с другими чиэрри телепортом ушел обыскивать земли Витана. К Арту то и дело возвращались Тени, посланные в разные концы материка, возвращались и тихо разводили руками.
Обезумевшая нагайна металась по дому...
- Я не чувствую его! Не чувствую... всегда чувствовала... всегда... а теперь нет... и не вижу... словно его нет... – и вдруг остановилась, схватившись за грудь. – Что это? – ужас исказил ее лицо. – Мальчик мой!
Нить, соединяющая их души, дрогнула и теперь натягивалась, словно кто-то хотел вырвать из нее душу... Нагайна застонала... Если ей сейчас так больно, то что же происходит с ее ребенком?
- Мама! – в комнату вбежал Таури. – Мама! Больно! – он хватался за грудь и плакал. – Мама, пожалуйста, сделай что-нибудь. Мама!
И нагайна сделала то единственное, что подсказало материнское сердце... Промедление могло стоить жизни, ведь так из ее мальчика просто вырвут душу, а нагайна... она сама вырвала из своей души связь, соединяющую ее с сыном, вырвала с искрой своей собственной души, отдавая сыну все, что смогла, вырвала и отпустила нить... она исчезла вдалеке меркнущей золотой звездой...
Арт едва успел подхватить нагайну на руки... рядом на полу безутешно рыдал Таури... и вдруг схватился за свою руку и закричал, свернувшись клубком.
- Малыш, - нагайна еле открыла глаза, протягивая руки к сыну.
- Горит... горит... – только и мог пробормотать Таури и снова зашелся криком.
Арт подхватил его на руки.
- Дай посмотрю, - и еле разжал руку, стискивающую другую ладонь.
Над знаком дома было видно красноватое свечение...
- Он выжигает магией знак дома у Сайшеса! – и Арт впервые выругался при ребенке, накладывая на Таури обезболивающее заклинание. – Мрак! – и сам схватился за грудь... он рвет нити Дома... я...
- Отпусти Сайшеса, - прохрипела нагайна, - иначе он убьет его...
- Но мы тогда не найдем его!
- Но он будет жить!
