- Тебе стоит только приказать Безликим поискать здесь другие упоминания о Венце Крови... – хмыкнул Тор.
Безликие искали, а Сайшес сидел за столом и никак не мог понять, почему при имени Витан у него... А, собственно, что у него?.. Сай прислушался к себе... Ярость – вот что вызывало это имя... Ярость, желание смять, истоптать, изорвать в клочья... Уничтожить! Вот те эмоции и желания, которые бессознательно поднимались из глубин души! Странно, ведь не мог же он знать этого Витана... Ведь в книге ясно сказано: за двести лет до ее написания... А, кстати, когда она была написана? Сайшес посмотрел, посчитал... Выходило, что сто двадцать семь лет назад, да еще двести... Нет, с этим Витаном он никак не мог встретиться... Хотя...
- Тор, а сколько живут демоны?
- Понятие не имею, сколько точно, но мне приходилось слышать одну историю, в которой говорилось, что демону было около пятисот лет, и он не был еще стариком... – задумчиво произнес Тор.
- Вот как... – протянул Сай, - значит, он вполне может быть живым... Витан... – произнес он вслух, и тыльную сторону левой ладони словно опалило огнем. От боли он прикрыл глаза и как наяву увидел, как синее пламя магии выжигает кожу... Сайшес еле сдержался, чтобы не закричать, но все вдруг резко прекратилось. Словно дверца, на минуту распахнувшаяся в мир воспоминаний, снова захлопнулась. – Витан! – выкрикнул он уже специально... И словно провалился в черное болото боли...
- Кричи, кричи для меня, звереныш...
В голове раздавался хохот... Хохот того, кто наслаждался его болью...
- Ненавижу... Не буду...
- А потом... – мерзкий голос все давил и давил на Сайшеса, - я все же займусь твоим братом...
- Нееет...
Только не брата... Ненависть яростной волной поднялась в его душе. Ненавижу! Милостивая Тьма! Если бы была возможность остановить эту гадину, он все бы отдал за это... все... Ненавижу!!!
Сайшес очнулся и не сразу смог понять, где он... Библиотека... Он почему-то лежит на полу...
- Сай?!! – Безликий склонился над ним, в голосе его проскальзывала паника...
- Долго я так? – Сайшес еле сел, так затекло его тело.
- Скоро рассвет...
- Нашли они что-нибудь про Венец Крови?
- Только описание... Венец из дымчато-серого металла, предположительно – мифрила. Две перевитые лозы с шипами внутрь, а на лбу... Кхм... украшение... Рука, держащая человеческое сердце... Как он работает, не написано, но есть картинка... Я показал ее всем Безликим, а уж отправить их на поиски ты должен сам...
- Да. Конечно. Вот только сейчас надо убираться отсюда, пока не рассвело...
От телепорта Сайшес уже еле шел... Голова болела все сильнее... Что же такое случилось в библиотеке? И вдруг словно налетел на стену... Витан! И опять взвыл, закрывая лицо ладонями, а потом удивленно смотрел на кровь на руках. Кровь из носа... И голова болела все сильнее... И мир стал кружиться...
- Сайшес!
Уже возле земли его подхватили сильные руки Зака.
Глава 39.
Эпиграф к главе написан eingluyck1!
***
Надежды луч рождает пониманье,
Ведь даже демон оказался не способен
От Цели отвратить твое вниманье,
И посмеяться над твоей любовью.
Такое хрупкое пока что равновесье,
Возникшее из ярости и горя,
Меж вами, словно поединок чести,
Окрепнув – станет единеньем Воли…
*** Материк Лирия. Поместье Дома Теневого Пламени.
– Так когда я смогу забрать отказ? - Ольгерд выжидающе смотрел на Таури.
- Никогда! – мстительно произнес Таури. – Я согласен!
- Согласен... – Пепел зло усмехнулся. – А на что ты согласен? Согласен быть нелюбимым? Согласен, что твой супруг всю жизнь будет тосковать не о тебе? Согласен, что тебя всю жизнь будут ненавидеть за несвободу? Демон, тебе так остро хочется завести живую игрушку? Так хочется повелевать человеком? Вы так и делаете в своем Доме? Принуждаете людей жить с вами? Так я не буду! – в глазах Ольгерда вспыхнул злой холодный огонь... – Заставишь меня стать своим супругом и ни минуты спокойно не проживешь! Не дам! Каждый час твоей жизни отравлю! Любой ценой вырвусь! Если надо будет, то и ценою жизни. Да, Хёльду нужна помощь... И отказать Харальду я не могу... Единственная надежда была на тебя... Была... Да, видно, зря... – казалось, что Ольгерд ушел в себя и говорил сейчас сам с собой. Но вот он вскинул голову... – Принудишь меня и пожалеешь, что жизнь у вас долгая, потому что до последней минуты моей жизни она у тебя будет невыносимой! Спиной ко мне не повернешься! В одном городе со мной не заснешь! И ничем от меня не откупишься!
Ольгерд в ярости сжал кулаки... Но надо успокоиться, сейчас он ничего не сможет добиться... Надо успокоиться и попробовать еще раз уговорить демона... Слишком неожиданно было его согласие, слишком велика была в душе надежда на лучшее, и слишком резко он на это согласие отреагировал. Ольгерд развернулся и, отойдя к окну, встал, вцепившись руками в подоконник и невидяще уставившись на сад за стеклом.
