Девушка бросила поспешный взгляд на дверь в комнату Ная, что осталась позади, и быстро оставила эту затею — не хватало еще упустить этого типа из-за нерасторопности ученого. Вместо этого она скрылась за ближайшим поворотом, и, прислушиваясь к шагам незнакомца, дождалась, когда тот отойдет достаточно далеко, чтобы продолжить преследование.
В последний раз глянув на дверь Ная, Лорента мысленно извинилась за нарушенное обещание и бросилась вверх по лестнице вслед за вором.
Если бы Вэйл знал, как сильно потеет рожа под бесполезными очками сверхвидимости, он бы сто раз подумал, прежде чем подписываться на это.
Наверняка можно было бы найти другой способ проникнуть в большой зал станции, чтобы своими глазами понаблюдать за тем, как претворится в жизнь их с Наем план мести Нильсу и Роланду Конланам. Но Вэйл не искал легких путей: он сделал первое, что пришло в голову — подговорил знакомого охранника взять внеочередной выходной и отдать ему свою форму.
Так пилот оказался здесь — в помпезном зале размером с хороший летный ангар, в кругу Бастарда и его приспешников. Лишь несколько из них вели себя, как высокородное хранительское дерьмо — остальные же больше смахивали на всякую маргинальную шваль, внезапно получившую власть над секторами и ярусами этой станции. “Шестерки” — решил для себя Вэйл, почесывая лоб под форменной фуражкой.
Он чувствовал, что еще намучается с этим проклятым мундиром. С тех пор, как он натянул на себя эту дрянь, прошло минут двадцать — а ощущения уже оставляли желать лучшего. Вэйл успел несколько раз проклясть хозяина этой формы, Грегора, за его неуемное обжорство, из-за которого у него при столь узких плечах выросло заметное пузо. Мундиры на станции, как и положено в любом мало-мальски приличном подразделении, шились по индивидуальным меркам, а потому теперь Вэйл вынужден был следить, чтобы форма не топорщилась на его плоском животе и не разошлась по швам в районе плеч при любом неосторожном движении.
В остальном же он смотрелся в роли охранника вполне сносно — очки и фуражка скрывали почти половину лица и непослушную гриву. Вэйлу показалось даже, что, заходя в зал, Нильс бросил на него взгляд, и, не заметив ничего подозрительного, продолжил заливать в уши Бастарду подробности своего гениального плана по совмещению Триады.
План, конечно, немного отличался от того, который выстраивал Най, придумывая фальшивые положения своей нефритовой теории, но на взгляд Вэйла оставался вполне сносным. Бастард и его приспешники расположились в центре зала, аккурат между защищенными стеклом постаментами с Веером и раздолбанными в хлам Шахматами, и стали ждать, когда Роланд по-тихому притащит Клетку, чтобы поставить ее на третью стойку. Так Триада образует треугольник и шарахнет по этим тварям всей полусдохшей мощью своей энергии — но не более, чем в радиусе пяти метров, если верить Наю.
В ложной теории, конечно, значилась совсем другая цифра — вот только ребята либо ей не поверили, либо просто не спешили занимать положенные зрительские места. Стояли они пока что далековато от зоны поражения, но Вэйл не терял надежды, что любопытство пересилит в них недоверие к писанине странного парниши с провинциальной колонии.
Текли минуты, а Орландо все не появлялся — либо этот идиот умудрился заблудиться, либо отыскал на свою задницу приключений еще до того, как они должны были произойти с ним по расчетам Ная.
— Ты же понимаешь, что если твой сын нас подведет, вас обоих ждут последствия? — Бастард строго посмотрел на Нильса.
До Вэйла плоховато доносилась их речь с такого далекого расстояния, но ответ он все-таки разобрал:
— Роланд не подведет, будьте уверены.
Бастард ничего не ответил, лишь посмотрел на двери с таким выражением лица, словно мог заставить их открыться одной лишь силой мысли. Вэйлу стало не по себе от этого взгляда.
Прав был Най — от этого куска дерьма нужно валить как можно дальше. Брать в охапку Лапулю с ее бабкой — что бы они там не вопили — и делать ноги отсюда.
А с механизмом слежения он что-нибудь придумает. Потом…
В обязанности Грегора как охранника входило открывать двери в зал по первому требованию — и Вэйл чуть не выдал себя тем, что, засмотревшись на Бастарда с Нильсом, едва не прослушал настойчивый стук за спиной.
А вот и Роланд!
Поглубже натянув фуражку, пилот развернулся и распахнул перед капитанским сынком дверь. На его удачу, Роланд был так занят своей ношей, что даже не глянул на Вэйла — неся на вытянутых руках укрытый брезентом артефакт, он перешагнул через порог и мгновенно стал центром внимания для всех собравшихся.
Никто не проронил ни звука, пока Орландо шел к пустому постаменту, отчего-то замедлившись и заметно подрастеряв весь свой пыл и уверенность. Шаги его стали тяжелыми и нетвердыми, а Клетка задрожала в руках, словно внезапно потяжелела вдвое.
“Только бы ты не ошибся, Ардайк” — мысленно воззвал Вэйл.
— Давайте же, ближе! Еще ближе! — Одними губами прошептал он, не сводя глаз с Бастарда и его шестерок, что по-прежнему стояли на месте и следили за каждым движением Роланда.