Бастарду пилот не доверял ни секунды, но каторжник, несмотря на свой “широкий жест”, вызывал симпатии еще меньше. Мятежник жил тонким расчетом, а его “старинный дружок” являл собой хаос в самом разрушительном его виде. Нельзя допустить, чтобы его план свершился — и плевать на то, чем ублюдок ему угрожал. Когда они сбегут отсюда, Кейн не достанет его при всем желании…
Вэйл не имел ничего против мести, но не тогда, когда за грешки одного платят сотни.
— Ты ведь тоже сказал бы мне его обломать? — Пилот покосился на безвольного Ная, — Черт возьми, да ты сам бы первый рванул к Бастарду, если бы мог!
С этими словами он поднялся на ноги и двинулся к выходу из зала. За пару минут разговора с Бастардом — тем более, если этот разговор спасет станцию — ничего не случится. Разве что Лапуля, не застав его подле Ная, слегонца рассердится — но с этим он совладает.
— Плохо ты на меня влияешь, гений, — Обернулся на выходе Вэйл.
Всю дорогу до кабинета Бастарда, что располагался на самом верхнем ярусе станции, пилота не покидали воспоминания — сначала о Флоренс, а потом и о Лилит. Вот уж они точно бы сейчас им гордились!
Его еще ни разу не заносило наверх. Даже механическая лестница, что вела сюда, была совсем другая — шустрая, почти бесшумная, не в пример тем, что стояли внизу. А уж охраны на каждом шагу… Вэйл не знал, было ли так всегда, но похоже, Бастард знатно трясся за сохранность своей задницы.
По пути к кабинету его трижды тормозили, чтобы спросить имя и должность. Вэйлу отчаянно хотелось врезать каждому из охранников, чтобы не тратили драгоценное время, но он изо всех сил сдерживал себя, на ходу придумывая, что будет говорить мятежнику, чтобы тот поверил ему и не послал куда подальше.
При других обстоятельствах, налюбовавшись здешним убранством, Вэйл задался бы только одним вопросом — что за щедрая душа ввалила в постройку этой станции столько бабла, что его хватило даже на двери с персональным гербом Бастарда? Но сейчас он лишь хмуро покосился на увядшую розу, отлитую из металла на резном дереве, и обратился к одному из охранников, что истуканами стояли у дверей.
— Бастард там? — Он ткнул пальцем аккурат в центр герба, — Мне бы поговорить с ним. Срочно.
— Закрытый совет. Приказано никого не пускать, — Отчеканил голос из-под фуражки.
— Говорю же, срочно! — Конкретизировать Вэйл не стал — не хватало еще, чтобы паника разнеслась по станции раньше времени, — Ты бы зашел, спросил…
Шумоизоляция у дверей была что надо — Вэйл слышал лишь отзвуки нескольких мужских голосов, пылко обсуждающих что-то внутри. Спор, значит… Это обнадеживало.
Охранники переглянулись друг с другом, а потом тот, что судя по всему был старше по званию, требовательно протянул руку:
— Удостоверение жителя станции.
Черт, как же вы достали! Вэйл мысленно выругался и вынул из кармана потрепанную бумажку с печатью и личной подписью Нильса Конлана — главного над всеми механиками. Охранник с кислой миной прочитал ничего не значащую информацию, вернул Вэйлу документ и повернулся к напарнику:
— Гляди за ним.
Сам же он приоткрыл двустворчатую дверь и просунул голову в проем.
Оказалось, что Бастард разорялся на весь зал так, словно шестерки разворовали все деньги мятежа и не поделились с ним. Ярость звучала в каждом его слове:
— Я не принимаю никаких отговорок! Я должен быть на борту челнока через полчаса и не минутой позже! Если вы не в состоянии обеспечить это, то я с радостью оставлю вас здесь… с остальными.
Ухо Вэйла мгновенно резануло это “с остальными” — уж больно мутная формулировочка. Как и все, что Бастард сказал до этого.
Охранник осмелился вякнуть, лишь когда мятежник замолк, ожидая благоговейного поскуливания своих верных псов.
— Освободитель… тут к вам посетитель. Говорит, очень срочно.
Впрочем, Вэйл уже не был уверен, что ему так уж срочно. Спешка Бастарда почти не оставила сомнений, что ему известно о том, что станции грозит что-то нехорошее. Более того — он не собирался ничего с этим делать. Только лишь спасти свою шкуру и прихватить с собой пару особенно паскудных шестерок.
— Я же сказал, что никого не принимаю, — На этот раз Бастард не кричал, но его голосом можно было колоть орехи. Охранник мгновенно стушевался, поджал хвост и поспешил закрыть за собой дверь.
— Слышал? Никого не принимает.
Вэйл сделал вид, что ему досадно, но не более того. На деле же он был готов разорвать Бастарда голыми руками.
И этому человеку он хотел сдать Кейна, чтобы спасти станцию!? Вот же идиот! Скоро четвертый десяток разменяет, а мозгов так и не нажил! Давно пора было понять, что парню, который вербует в свою секту с помощью “токсина”, доверять нельзя даже сраные панталоны!