Ведь еще не поздно переиграть все, перевернуть миссию с ног на голову — как-никак, Клетка еще не найдена, Най с Лорентой еще не вернулись…
Вэйл отогнал от себя эти мысли и уставился в спину своего проводника. Помпезный мещанский квартал был давно пройден, а место назначения так и не желало показываться в поле зрения.
Почему-то пилота настораживала мысль о том, что столь влиятельная организация, способная на освобождение заключенных и их сокрытие от правосудия, стала бы держать свою штаб-квартиру в гнилом, засоренном пролетарском квартале, где число луж и выбоин под ногами могло соперничать разве что с количеством пьяниц на улицах.
— Не далековато ли от центра? — Не выдержал Вэйл, когда они свернули в очередную подворотню, откуда так нестерпимо несло помоями, что пилот ненароком вспомнил родные трущобы пятьдесят седьмой колонии…
— По возможности мы стараемся держаться в стороне, — Объяснил Дэниел, — Это, конечно, удается не во всех колониях, но наш освободитель придерживается мнения…
— Освободитель? — Подхватил Вэйл, — И от чего же он вас освободил?
— Воздержитесь от преждевременных насмешек, — Ровным голосом осадил его мужчина, — Вы непременно получите ответы на все свои вопросы. Терпение.
Вэйл заставил себя замолчать и мысленно окрестил Дэниела идиотом, а его организацию — мутной шарагой, с которой лучше не связываться. Конечно, сейчас уже поздно сваливать, но сомнений в том, что предложение “почтенных сынов” не стоит и выеденного яйца, почти не осталось.
Не успел Вэйл об этом подумать, как пункт назначения был достигнут. Им оказался неприметный с виду двухэтажный дом с обшарпанными стенами, шатким крыльцом и рассохшейся скрипучей дверью, за которой пилота встретило зрелище не намного приятнее — темный коридор, узкая тесная лестница и комнатушка, откуда лился скудный дневной свет.
Для верности Вэйл проверил револьвер в сумке — мало ли как ему придется выбираться отсюда. Тем более, что ни одна из собравшихся здесь личностей не внушала доверия.
Дэниел проводил пилота в комнату, где за огромным, почти во все помещение столом, ожидали три человека — двое из них едва слышно переговаривались, а третий стоял перед окном, сцепив руки за спиной. Все они были одеты в точности, как Дэниел — и с такими же прямыми полосами на роже, идущими от линии роста волос к подбородку.
— Неужели, Дэн, — Первым заговорил круглолицый улыбчивый парень, сидевший на углу, — Ты привел к нам этого пилота?
— Он сам изъявил желание, — Пожал плечами застывший на пороге Дэниел.
— В таком случае… милости просим, — Незнакомец улыбнулся еще шире и поднялся на ноги, — Я — Модест, это Кук и, — Он указал на стоящего у окна, — лидер нашего отделения, Даск.
Вэйл не собирался рассыпаться перед ними в любезностях. Достав из кармана пачку сигарет, он закурил и кивнул в знак знакомства, чтобы незамедлительно спросить:
— Мне бы понять для начала… чем вы занимаетесь-то вообще?
Улыбка Модеста чуть потухла, но до конца не исчезла. Будучи самым болтливым из всей тройки, он все-таки счел нужным пояснить:
— Ну тут уж лучше Даска никто не скажет.
Упомянутый Даск наконец-то соизволил повернуться к гостю. Честно говоря, в профиль он был поприятней — сейчас же, имея возможность разглядеть его лицо полностью, Вэйл поймал себя на мысли, что ни за что бы не распознал в этой суровой, побитой оспой и испещренной морщинами роже какого бы то ни было фанатика.
— Мы помогаем освободителю в его великой благородной миссии. Естественно, в силу наших возможностей, — Голос у Даска был глубокий и раскатистый, как у любого уважающего себя проповедника.
Вэйл бы даже поверил ему, будь он годков на десять помладше и несоизмеримо тупее.
— И что же у него за миссия? — Склонил голову пилот.
— А разве не ясно из его звания? — Вклинился лысоватый человек, сидящий за столом. Он собирался сказать еще что-то, но Даск остановил его жестом и продолжил:
— Во главе с нашим бессменным лидером мы освобождаем человечество от оков — душевных, телесных и общественных.
Прозвучало это даже фанатичней и бредовей, чем Вэйл ожидал. Не желая выслушивать эту околесицу и дальше, Вэйл принялся искать возможность сменить тему, и, как ни странно, нашел. Возможность эта представляла из себя висящую на стенной доске фотографию с изображением огромной толпы.
— О, это вся ваша контора? — Не дожидаясь разрешения, он шагнул к доске и глянул на снимок.
Для такого охвата фотография оказалась на удивление четкой — лица людей, которых тут выстроилось по меньшей мере десятка три, не казались одинаковыми бледными пятнами, а даже весьма сносно просматривались.
— Это наш освободитель с избранными “почтенными сынами”, —Объяснил Даск, внезапно оказавшийся за спиной у Вэйла.
Пилот попытался отыскать глазами этого самого “освободителя” — взгляд незамедлительно упал на мужика в центре, высокого и худого моложавого брюнета в плаще со стоячим воротником, чья рожа была размалевана даже сильнее, чем у последователей — не только вертикальными полосами, но и горизонтальными, идущими вдоль скул к носу.