Говорить это вслух еще страшнее, чем просто прокручивать в голове.
В трубке повисло молчание. Я знаю, что ошарашила Эл, но лучше уж я буду откровенна, пусть и в ущерб собственной гордости, чем выскажу глупые отговорки.
- Он… грозится оставить тебя ни с чем? – осторожно интересуется оглушённая неожиданным признанием, подруга.
- Да. Но… Это не важно. Я что-то придумаю, Эл. Я обязательно тебе помогу, поняла? Может мне удастся отсудить фирму. Если ее активов не хватит, то тогда… Тогда я ее продам! Мы вылечим твоего сына, слышишь?
Обещать такое слишком отчаянно. Но на секунду я задумалась, что было бы, если бы Машка сейчас заболела, а рядом не было бы никакого, способного мне помочь? Я не смогу оставить ее один на один со своими проблемами, в какой бы финансовой ситуации не находилась сейчас сама.
Никогда нельзя забывать о том, что мы люди в конце концов. И даже если кто-то поступает с тобой не справедливо, не нужно злиться на весь мир в ответ и заталкивать свою человечность на самое дно души. Туда, где ее никто никогда не увидит.
- Нет. – тихо отзывается Эл. – Нет. Мирра, у тебя своих проблем выше крыши, а тут еще я. Какая продажа фирмы? Да и весь процесс судебных разбирательств затянется на недели, если не месяцы. У меня просто нет этого времени.
Я вздохнула. У Эл гордости не меньше, чем у меня. Не зря мы однажды так подружились. Зря я поставила ее в известность о разводе с Богданом. Теперь она ни за что не примет от меня помощь.
Пока я кусала губу, раздумывая как убедить подругу, что всё равно постараюсь сделать все от меня зависящее, она выдавила скомканные извинения и поспешно повесила трубку.
Мысленно чертыхнулась.
Телефон уже через миг вновь разразился сигналам звонка в руках.
Но на это раз звонил Слава. Будто чувствовал в каком я сейчас состоянии и спешил успокоить своим бархатным голосом.
***
- Когда ты вообще ела последний раз? – Слава строго оглядывает меня, а затем снова зарывается в меню ресторана. Делает большой заказ, включающий несколько мясных блюд, пару салатов, и бутылку красного полусухого вина. – Не хочу показаться грубияном, но ты выглядишь изможденной. Так что сначала поешь, и только потом будем разговаривать.
От запахов, летящих с кухни тонкой струей, во рту собирается слюна предвкушения. Желудок вдруг пробирают острые голодные спазмы, и я с удивлением понимаю, что действительно очень хочу подкрепиться.
Пожалуй, если бы Слава сейчас не настоял на полноценном обеде, мне бы и в голову не пришло заказать что-то кроме чашки эспрессо.
Я неловко сминаю в руках салфетку, затем отчего-то складываю ее в мелкий квадратик и утыкаюсь взглядом в мужчину на невысокой сцене. В руках у него саксофон и по помещению ресторана растекается легкая приятная музыка.
- Я уже понял, что что-то случилось. – мягко говорит Слава и дотрагивается до моей руки. – Я очень хочу тебя выслушать, но еще больше хочу, чтобы прежде ты немного расслабилась.
И я улыбаюсь ему в ответ, потому что не могу перестать ощущать это острое жжение в районе груди. Оно легкое, ненавязчивое. Похоже на банальную благодарность, но гораздо глубже и горячее.
В этот раз инициатором нашей встречи была я сама, и теперь мандраж от внезапно пришедшей в голову идеи, переполняет меня.
Успокоить его я не могу ни во время поедания стейка, ни даже после бокала вина.
Поэтому отставив фужер в сторону, я вскидываю взгляд и начинаю глубже дышать.
Облизываю пересохшие губы, что тут же подмечает мальчишка. Его светло-зеленый взгляд скользит по моему лицу, и на секунду становится темным и жадным. Это способно в один миг сбить с нужных мыслей, поэтому приходится сделать усилие над собой, чтобы все-таки начать диалог.
- Господи, Мирра. – Слава с нежной издевкой в голосе опережает меня. – Только не говори, пожалуйста, что ты передумала уходить от своего мужа. Иначе получишь медаль самой непостоянной женщины в мире.
Это колкая шутка, но сказана она таким беззлобным тоном, что мне не остается ничего, кроме как рассмеяться, правда - совершенно беззвучно. Действительно, было бы слишком нелепо сейчас заявить ему, что я меняю свое решение примерно двести раз в сутки.
- Нет. – наконец-то произнесла я в ответ, и тут же вновь стала серьезнее. – Решение о разводе уже принято, хоть Богдан с ним и не согласен. Но поговорить я хотела о другом.
Слава терпеливо слушал каждое мое слово, хоть они и были тягучими, а звуки какими-то слишком медленными. Мне пришлось сделать еще пару глотков терпкого напитка, прежде чем решится продолжить:
- Я хочу отдать тебе контракт с Ким. – на лице Славы мелькнула легкая тень непонимания. И я тут же продолжила, боясь, что в любую секунду могу струсить и просто не заставлю больше себя сказать ни единого слова. – И все остальные контракты моей компании тоже.
Сердце так предательски колотилось в груди, будто я предлагала кому-то отдать собственного ребенка. Но это всего лишь фирма… Однако уязвленная гордость считала иначе.
- Ты о чем? – брови парня нахмурились и на переносице залегла та самая морщинка, которая для его возраста слишком глубокая.
