Больше мы с ним не разговаривали. Ни до того как-то было. И да, слабый - это не про него. А вот шальной, сумасшедший, пронзительно-ласковый и очень, очень сильный и выносливый, так охарактеризовать моего нечаянного любовника было вполне себе справедливо.
-Ремтон, странное имя,- сообщила я самодовольно ухмыляющемуся мужчине, который имел наглость потребовать от обессиленной меня признать его мужскую состоятельность.
Ишь ты, как его самолюбие зацепило. Вот, дурак. Я же о его здоровье переживала. Хотя, из нас двоих замученной выгляжу именно я. Замученной, но довольно-ой!
- Ты был бесподобен,- снизошла я таки до похвалы. А что, если ему требуется, с меня же не убудет. К тому же говорю, как есть, чистую правду.- Мне было с тобой очень хорошо, просто волшебно. Спасибо.
Мужчина хмыкнул, взглянул на меня исподлобья. А потом подгреб, подтянул меня к себе под бочёк.
- Спи, -велел, уложив мою голову к себе на грудь.
Его пальцы легко, неспешно играли прядями моих волос. Хорошо-то как! Просто блаженство. С этой мыслью я и уснула, убаюканная лаской его рук и мерным ритмом его сердца.
Часть 1 Скиталец (24.05)
Везёт мне на женщин. Я уже как-то и привык, что именно они меня спасают от магического истощения, после весьма энергозатратных межмирных переходов. Вот и в этот раз очнулся у дверей очередной барышни. Судьбе моей отчего-то представляется забавным с их помощью вытаскивать меня из очередной передряги. Хотя, эта непредсказуемая Божественная сущность и сама ближе к хитрой и коварной женской сути. Уж как она за последние годы мной наигралась, натешилась. Окунёт в дерьмо и наблюдает, как пыхчу, барахтаюсь. Но совсем утонуть не дает. Может моё упорство кажется ей занятным?
Что-то я нынче почти овощем себя ощущаю. Мысли, и те с трудом шевелятся. Полный штиль в моей голове - явление редкое, мною почти не практикуемое. И из эмоций превалирующие – злость на судьбу и подавляющая волю усталость. Усталость не физическая, тело стремительно восстанавливало свой потенциал. А вот скитаться по мирам я, похоже, действительно устал. Выдохся, даже моего немалого запаса оптимизма уже не хватает, чтобы стоически принимать необходимость снова и снова спасаться бегством от дышащей в спину опасности.
Мне нужно передохнуть. И потому, никакой магической активности. Ищейкам, как оказалось, не много надо, чтобы меня почуять.
Женщина, выбранная судьбою в мои спасительницы, явно перешагнула порог восторженной юности. Но на меня отреагировала вполне обычно. Я ей предсказуемо понравился.
И то, как смутилась, когда поняла, что уличена в разглядывании и любовании таким замечательным мною, было для барышни вполне естественной реакцией.
А вот её насмешливая улыбка? Даже ухмылка! Нет, этого я не понял. Что во мне её так рассмешило? Не, нельзя так топтаться по мужской самооценке.
И мужчина рядом с ней, лекарь, ничем её не лучше. По нужде он меня сопровождать собрался! Нет, вот так себя опустить я никому не позволю. Собрав в кулак остатки воли, поднялся с постели. И понял, что стою на ногах довольно уверенно. А не плохой лекаришка оказался. Помогли его странные снадобья. Пусть и лечат здесь непривычно. Через иголку в кровь, мне ещё никогда ничего не впрыскивали. Что же это за мир такой? В моих скитаниях меня в подобный ещё не заносило. А повидал я миров за последние годы не мало.
Первые сутки- двое в новой реальности самые тяжелые: оклематься, справившись с магическим истощением; не выдать себя, мимикрировав под здешних обитателей. Благо, для того у меня имеются должные способности, запускающиеся автоматически.
В зависимости от сопряжённых с его применением потребностей, каждый Дар дополняется атрибутами. Моя способность ходить по мирам подтянула за собой лингвистическую настройку и трансформацию одежды. И то и другое происходит в момент перехода, ориентируясь на доминирующий язык и на наименее выделяющуюся по сезону и моде одежду, используемую на посещаемой территории.
А ещё я немного лекарь. И это не однажды меня спасало. Подлатать себя - совсем не лишнее умение, при моём образе жизни. Вот только, думаю, что самолечение стало для меня отныне непозволительной роскошью. Так что, спасибо доктору этого мира. Без его помощи я был близок к тому, чтобы совсем загнуться.
Как только разумные не обустраивают комнаты для личных нужд и естественных потребностей. И о развитии цивилизации такие вот комнаты могут рассказать ой как много. Я пользовался и совсем примитивными удобствами в виде ночного горшка и деревянной лохани, и высокотехнологичными очистительными кабинками. Посещать доводилось и совсем отсталые миры и миры, до развития которых моему собственному не скоро предстоит дорасти.
