И как у некоторых получается, не успела от одного избавиться, другой нарисовался? Я-то чем хуже?! Почему вокруг меня словно зона отчуждения? Где мои поклонники, жаждущие внимания и благосклонности? Как же надоело изо дня в день одиноко коротать вечера в уже опостылевшей мне за двенадцать лет отлично обустроенной квартире, под бурчание включенного для фона телевизора, уткнувшись в экран верного друга ноутбука.
Рой моих жалобно скулящих мыслей резко оборвался у этой самой квартиры, стоило мне с недоумением обнаружить у родного порога незнакомого мужчину, перегородившего доступ к моему жилищу.
Видно не найдя для того лучшего места, незнакомец решил вздремнуть, привалившись спиной к дверям моей квартиры. Он сидел, опустив голову на поднятые к подбородку колени, на прорезиненном коврике предназначенном для вытирания обуви и на моё появление реагировать не спешил.
Пьянь, подумалось мне. Или нет? Алкоголем от него не пахло. Что не особо радовало. Если это наркота его здесь убаюкала, то всё ещё хуже, чем хотелось бы думать.
-Эй, - не сразу решилась позвать приблуду,- вы что здесь делаете?
- Это моя квартира,- зачем-то добавила я, заглянув в распахнувшиеся глаза незнакомца.
Взгляд вполне осмысленный, напряжённо-изучающий, пристальный, холодный. Мне как-то неуютно сразу стало. Страшно? Пожалуй, по-настоящему испугаться я так и не успела. Хотя ситуация к тому располагала. Но подкинутое судьбой чудо у моей двери, вдруг устало вздохнуло, прикрыло глаза и хриплым сдавленным голосом просипело: «Помоги».
И я, то ли книжек перечитав, то ли ещё отчего, поддавшись приступу человеколюбия, бросилась к незнакомому мужику, позабыв свои сомнения и страхи. И не просто помогла ему подняться, но и в свою квартиру его втащила почти волоком, при слабых попытках с его стороны быть полезным в этом трудоёмком процессе.
В прихожей у меня стоит кресло. Низкое, удобное. Вот в него-то я своего гостя и усадила. Лицо его от напряжения покрылось бисеринками пота, на левом виске проступила пульсирующая венка. Он даже губу себе ухитрился прикусить, и она теперь слегка кровоточила.
Я стояла рядом, в полной растерянности разглядывая мужчину, и не понимала, что же дальше? Может скорую вызвать? Идея мне понравилась. Гостю нет.
Он даже напрягся весь, отдав этому порыву последние силы. А потом, к моему ужасу, потерял сознание.
Вот теперь я испугалась. И сделала то, единственно правильное, что требовалось для спасения незнакомца - позвонила Денису.
Денис Бехтерев, мой школьный приятель, жил неподалёку и был моей палочкой-выручалочкой, за которую я привыкла хвататься, когда мой, в общем-то крепкий организм, настойчиво требовал к себе внимания, обрушивая на меня ту или иную хворь.
Денис работал врачом скорой помощи. Жил один, брошенный женой за неспособность обеспечить для семьи достойное существование. У нас с ним сложились взаимовыгодные отношения, я лечила его компьютер, он меня. Всё честно. Кто на что учился, кто что умеет.
Моему незваному гостю повезло, что Ден был дома. К тому времени, как Бехтерев смог прийти, мой умирающий гость успел очнуться и даже выпил немного воды. Его лицо по-прежнему оставалось синюшно- бледным, а тело безвольным. Руку за стаканом он поднимал с трудом. Чтобы утолить жажду ему потребовалась моя помощь. Так что потревожила я Дениса не зря.
Звонок в дверь заставил моего гостя напрячься.
- Это Денис,- поспешила я успокоить его,- Он врач, поможет. Да никому он о тебе не скажет, если это так для тебя важно!
- Да,- соглашаясь, просипел болящий, грозя вновь выпасть из реальности.
Вдвоем с Бехтеревым мы устроили больного на диване. Беглый осмотр показал, что ран, способных довести до такого жалкого состояния на его теле нет. С ним вообще непонятно что случилось. Налицо было отсутствие жизненных сил, без явных признаков телесного повреждения: давление низкое, близкое к критическому, температура тела до тридцати пяти не дотягивала. На манипуляции Дена мужчина не реагировал. Едва его голова коснулась подушки, он прикрыл глаза, и, похоже, снова отключился.
- Это что за полутруп в твоей квартире?- поинтересовался Ден, вводя больному в вену иглу питательной капельницы.
- Хороший вопрос. Но не ко мне. Оклемается, спросим. Я этого красавца у себя под дверью нашла.
- Ну, ты подруга, даешь! Катерина, а тебя не учили что ни попадя не подбирать?
- Странно слышать подобное от человека, дававшего клятву Гиппократа,- огрызнулась я.- А человеколюбие?
Ответить мне Ден не успел. Наш больной зашевелился. Его тихий стон заставил Дениса склониться к незнакомцу, чья синюшная бледность не спешила смениться более здоровым цветом лица.
- Ты вообще-то кто?- задал Бехтерев, взирающему на него больному, тревожащий его вопрос . - И что с тобой произошло?
