Наконец, за изгибом очередного холма им открылась небольшая долина. Основную её часть занимал загон — очевидно, для лошадей, хотя именно сейчас он был пуст — а вокруг было разбросано несколько строений разных размеров, от небольшой сараюшки до двухэтажного каменного дома.
Герек быстрым шагом направился к этому дому, снова не следя за тем, поспевает за ним Элья, или нет. Хозяев он оповестил о своём прибытии требовательным стуком в закрытые ставни. Минут пятнадцать говорил с неожиданно бодрым и деятельным заводчиком, коренастым мужчиной весьма представительного вида, и вот пара мальчишек уже вела к ним с Эльей двух тонконогих гнедых красавцев.
Вручив заводчику увесистый мешочек, Герек принял поводья и подвёл одного из жеребцов к Элье:
— Забирайся.
Девушка немного растерялась.
— А… а можно какой-нибудь стул? Я боюсь, что с земли не залезу.
Заводчик, позволив себе снисходительную усмешку, лениво взмахнул рукой, и перед Эльей очутился небольшой чурбачок. Так значит, этот тип тоже волшебник! Остаётся только догадываться, сколько стоит прокат лошадей… Девушка покосилась на Герека, пытаясь понять, будет ли он требовать с неё потом деньги или нет. С него, пожалуй, станется…
Когда к ней подвели коня, Элья вставила здоровую ногу в стремя… и вдруг сообразила, что она в платье. Тогда, перед тем, как брать урок верховой езды у гвардейца, она специально надела брючный костюм…
Впрочем, кому какое дело!
Элья неуклюже забралась в седло и поправила подол. Жеребец, и до того не выказывавший радости от встречи с будущей всадницей, раздражённо всхрапнул и попытался встать на дыбы.
— Тихо, тихо, угомонись… — заводчик плавно поводил ладонями перед мордой коня, и тот нехотя успокоился. Судя по всему, без магии не обошлось. — Понятия не имею, что это с ним. Обычно он смирный…
Герек, уже оседлавший своего коня — без помощи чурбачка — криво усмехнулся, но промолчал.
«Ну конечно, — мрачно подумала Элья, — небось, животное чувствует, что на нём сидит недо-нежить».
Уже потом, когда они с Гереком неторопливо ехали меж холмов по пустынной дороге, она заметила:
— Странно, что лошадь почувствовала во мне нежить, а маг нет.
— Далеко не каждый маг способен такое почувствовать, — отозвался Герек. — Тем более, человека в тебе всё-таки больше.
— Ты уверен? — небрежно, как бы в шутку, спросила Элья, хотя этот вопрос её очень волновал. Она задавала его уже не в первый раз — и знала, что будет задавать ещё.
— Я год провёл в Белоборе. Мне есть, с чем сравнить.
Даже несмотря на то, что Герек говорил так отнюдь не для того, чтобы её успокоить — он просто констатировал факт — настроение не улучшилось.
— А как ты собираешься возвращать ему коней?
Элья со странным чувством оглядывалась вокруг. Нависавшие над дорогой утёсы очень походили на те, что являлись ей в мучительных снах…
— Он сам позовёт их через несколько часов, и они примчатся на зов, — ответил Герек. — Таково свойство наложенных на них чар. Ты ведь заметила, что он не назвал их имена? Это обычная предосторожность.
— А ты, как маг, сможешь снять это заклятие?
— Хочешь переквалифицироваться в конокрадку?
— Я спрашиваю из любопытства, — холодно заметила Элья. — И перестань делать из меня преступницу! Моя вина всего лишь в том, что я доверилась не тому человеку!
Герек какое-то время молчал. Девушка подумала было, что он счёл нужным вообще не отвечать на её вопрос, поэтому вздрогнула, когда маг всё-таки заговорил.
— Теоретически, я много чего могу, — сказал он неожиданно спокойно, без яда в голосе. — Но подобные заклятия никогда меня не интересовали. Меня вообще мало интересуют лошади… Кстати, в присутствии других делай вид, будто я вовсе не маг. Так будет безопаснее для нас обоих.
— Почему?
— Потому что, — отрезал Герек.
В закоулках души Эльи словно зашевелилось неведомое болотное чудовище.
— Вы не очень-то вежливы, господин Ловор, — заметила она так тихо, что голос больше напоминал змеиное шипение.
— Наверное, потому, что я больше не господин Ловор. И не в последнюю очередь — благодаря тебе.
— Тебя лишили фамилии? — она слегка растерялась.
— А ты как думаешь?
— Ты что, действительно убил собственного брата?
Герек, ехавший чуть впереди, обернулся через плечо, смерив её свирепым взглядом, но Элья бесстрашно этот взгляд выдержала, не отведя глаз.
— Моего брата убила Макора.
— Как? Если верить тебе, она сидела в зеркале Грапара.
Герек скрипнул зубами:
— Это был удар из Зеркальных Глубин, через отражающую поверхность, которую представляли собой стеклянные стенки шкафа с посудой в той комнате. Поэтому шкаф и упал. И сделай милость, прекрати задавать мне дурацкие вопросы. А лучше вообще помолчи…
Герек вдруг натянул поводья и прислушался. Элья последовала его примеру, хотя не понимала, что его так насторожило — горная тропа была пустынна и объята тишиной, если не считать порывов ветра, который, попадая в скальные расщелины, иногда подвывал совсем как человек, стонущий от горя или отчаяния.
— Что случилось?
— Надень капюшон, — быстро произнёс Герек вместо ответа.
Элья поспешно натянула на голову капюшон плаща.
