Но Элен не отступала. Паника овладела ею так быстро, что ведьма начала истерично отбиваться от мага и свалилась с кушетки, отползая назад. Она забилась в угол и словно шуганная птица, попискивала, оглядывая пространство вокруг полными страха глазами.
— Что это была за тварь? — шептала ведьма, сжавшись в комок у стены. Она поджала под себя ноги и обняла их руками. Раскачиваясь из стороны в сторону, уткнувшись лицом в колени, она со слезами вспоминала, как Лис превратился в ужасное существо с острыми чёрными когтями, сильными чешуйчатыми скулами и иссиня-чёрными глазами. — Этот крик… Он всех сводил с ума… проникал под кожу и мучил, мучил, мучил! Он мучил меня! — с каждым словом ведьма всё больше заходилась в истерике.
— Понимаю, тебе страшно, но успокойся. Истеричка мне тут ни к чему! — снова натянув маску тирана, сказал Килиан.
— Ты там не был! — начала орать Элен. — Не был! Ты не видел эту тварь! Ты не видел, во что превратился Сергей! Не видел!
— Это был не твой любовник… — сухо высказался ведьмак, сев на кушетку. Глаза наполнились страхом, крепкий, достаточно поживший мужик задрожал как осиновый лист.
Элен посмотрела на Морта и замерла. Мысль, посетившая её только что, подтвердила опасения ведьмы. Её союзник боится ту тварь не меньше, чем сама женщина, хоть и не видел воочию существо, которое убило одиннадцать сильных, до зубов вооружённых мужиков одним своим криком.
— Это Хоринийская ф-фурия, — голос белокурого мага дрогнул. Руки вмиг затряслись, а нервный тик ненадолго одолел правое веко. Мужчина потёр глаз пальцами, чтобы унять нервные подёргивания. — Я много читал об этих созданиях. Они убивают тремя способами: криком, ядом и высасыванием жизни и магии из ведьм и колдунов. В своё время немало народу выкосили эти создания…
— Но?.. — поняв, что хочет сказать мэтр, Элен насторожилась. Страх сковал конечности с новой силой. Осознание того, что самый отчаянный маг второго тысячелетия трясётся в ужасе при упоминании фурии, сводило с ума.
— Но все записи датированы до предполагаемого Великого потопа. После этого события о них нет ни единого слова. Ни в одной рукописи ведьм. Фурий не с-существует более десяти т-тысяч лет… — заикаясь, закончил говорить ведьмак.
— Приехали, падаль! — рассмеялся Самир Джасаев в лицо Астеру. Колдун всё ещё смотрел в одну точку, оглушённый криком фурии. — Помяни моё слово: то, что с тобой тут сотворят, если будешь вести себя плохо, покажется тебе сладким пирогом в воскресный день на завтрак по сравнению с тем, что ждёт тебя на той стороне. — Парень снова злобно захохотал, заразив весельем остальных сослуживцев. Они смеялись, кто про себя, кто громко, но всем было радостно от того, что миссия прошла успешно.
И только Ворон молча рулил, уставившись на дорогу. В мужчине кипела злость. Он не мог смириться с тем, что Элен больше нет. Зеленоглазая черноволосая бестия, обладающая алхимическими способностями. Всегда с милой улыбкой и сияющим видом. Превосходный боец, отличный напарник и невероятно привлекательная женщина, которая была недосягаема для всех членов отряда, кроме Лиса. Такой её знал Валерий. Такой он её запомнил.
Ворон посмотрел в боковое зеркало заднего вида. Позади на мотоцикле, не отставая от фургона, ехала та самая ведьма, Офелия. В чёрном обтягивающем костюме она сливалась со своим «железным конём», только чуть растрепавшиеся рыжие волосы, видневшиеся из-под мотоциклетного шлема, выдавали женщину.
«Переехать бы тебя, бл@@ина…», — думал Валерий. Ноздри вздулись от злости. Штабисту хотелось резко вдавить тормоз в пол, вывернуть руль и ощутить слабое подпрыгивание машины на ведьме, а после, снова дав газу, поехать спокойно в расположение отряда. Но Ворон этого не сделал. Не время ещё. А вот попортить прекрасное самодовольное личико фурии он всё же подумывал.
Фургон резко затормозил у автоматических ворот тёмно-зелёного цвета с большим логотипом «Химера», нарисованным в центре, по половине рисунка на каждой створке. Камеры направили свои объективы на машину и распознали номер с уникальным, невидимым обычному глазу, орнаментом, нанесённым на знаки; система пропустила отряд в их обитель. Автомобиль резко тронулся с места, быстро въехав на территорию военного объекта.
— Твою мать! Ворон, ну сколько можно, а? — недовольно потирая ушибленный затылок ладонью, негодовал Наблюдатель. — С тобой долго не проживёшь, мужик! На следующей операции за рулём я! Слышь меня?! Рукожоп!
В ответ по фургону разнеслось молчание. Ворон только недовольно сопел и что-то шептал, но это слышали все члены отряда, хоть и не разобрали до конца, как именно на этот раз обозвал Макса Валерий.
Лис настороженно посмотрел в окошко в перегородке. Он не мог поверить своим глазам: его друг никогда не был таким гневно настроенным и угрюмым. Раньше при упоминании имени Элен он плевался и тихо матерился себе под нос, а теперь… Да он чуть с кулаками не набросился на Эфи!
