Пока ехал на вокзал, переваривал новость про беременность Лизы. Вернее, это творилось с той самой минуты, когда мне телеграмму принесли. Как ни готовься, а сюрприз все равно состоялся. Ребенок, который еще и родится на коронацию, выходит, меняет все. Раньше я был кто? Голь перекатная! Правда, уже с тремястами тысячами рублей на банковских счетах. Собрал чемоданчик и отбыл в… Тут я задумался. А куда можно отбыть в начале двадцатого века, чтобы не угодить под каток двух мировых войн, революций и прочих несчастий, что история уготовила человечеству?.. Допустим, в Новую Зеландию. Или Австралию. Как там писал Блок?
Нет, скорая помощь, новые лекарства пригодятся любому правительству – думаю, и большевики не будут воротить нос. Но наблюдать за «неслыханными переменами», «невиданными мятежами», согласитесь, лучше со стороны. Кто-то рассказывал, что у Софьи Александровны, вдовы Склифосовского, охранная грамота чуть не от Ленина была. Не очень-то и помогла – бандиты убили парализованную женщину вместе с дочерью, увидев портрет Николая Васильевича в генеральском мундире.
Но теперь все меняется. Сергей Александрович непременно полезет в столичную политику. Его после рождения наследника… или наследницы… обязательно вернут в Питер. Судя по тому, что я видел в Царском, у Николая натуральный кадровый голод. Опалу сто процентов снимут, «клеветникам» заткнут рот ребенком – дескать, посмотрите, разродилась-таки великокняжеская чета.
А значит, Сергей Александрович вполне может подставить свою супругу. Поедут вместе в карете – и бамц… повторится московская история. Только уже с семьей. И бомбу бросать будет кто-то не такой щепетильный, как Каляев, который отказался от попытки, увидев с великим князем детей. Как подумал об этом, по телу пробежала натуральная дрожь. Даже Кузьма обратил внимание:
– Так не холодно еще, Евгений Александрович. – Слуга махнул рукой в окошко поезда. – Листопад только-только начался! Но я на всякий случай взял ваше теплое пальто. Носят в неметчине польта?
– Это существительное не склоняется, – буркнул я, прислушиваясь к гудкам поезда.
Выезжаем. Сначала – в Польшу, там день на передышку и берлинским поездом из Варшавы в столицу Германии. На все про все – три дня. Можно и быстрее, курьерским, но куда мне спешить? Как раз за это время я доработаю для международной медицинской конференции доклад, отрихтую там все…
– Енти склонения для меня – темный лес. Пойду, у проводника чаю выпрошу.
В Варшаве нашлось время прогуляться по городу, посмотреть королевский замок, Старо Място. На Саксонской площади Кузьма углядел огромный храм Александра Невского, воспылал религиозными чувствами. Решил сходить вместе с ним на службу, помолиться и поставить свечки – помощь высших сил в Берлине мне будет не лишней. Разумеется, попробовали после церкви польскую свиную рульку, запили все замечательным намысловским пивом. От чего пришли в отличное расположение духа.
– Богато тут народ живет! – Кузьма рассматривал улицу и прохожих. – Сколько самобеглых колясок! Побольше нашего!
– Германия рядом, оттуда везут.
Как по мне, с десяток этих таратаек, крутившихся по центру Варшавы, совсем не много, но это по сравнению с чем считать.
– Нечто мы не можем свою соорудить? – удивился слуга.
– Можем, но дорого завод ставить. Через пару-тройку лет кто-нибудь займется.
В Польше листопад даже еще и не начался, на Саксонской площади царило натуральное лето. Дамы гуляли с белыми зонтиками, играл духовой оркестр. Лепота…
