При виде гостей люди высыпали на улицы, перешёптываясь и показывая пальцем:
– Царевич?
– Это царевич Дарен?
– Жив!
– Так правда всё!
Постепенно шёпот превратился в гомон, а потом – в восторженные крики. Люди приветствовали царевича, кричали его имя и имена богов и бросали в воздух шапки. Дарен улыбался, кивал и махал рукой, но Мила чувствовала его страх. Она тоже боялась. Раз в Любограде знали об их визите, значит, велика вероятность, что чернокнижникам это тоже известно. Неожиданного появления с объединённым войском не получится, и Зоран успеет подготовиться.
Когда путники подъехали к воротам терема, за ними стояла толпа жителей – казалось, весь город приветствовал царевича. Ворота открылись, пропуская Дарена и гвардейцев во двор. Князь и княгиня Краснолесья вышли на крыльцо. Князь Велислав – молодой, едва ли старше самого Дарена – распростёр руки и широко улыбнулся:
– Добро пожаловать в мой дом, дорогие гости.
Их пригласили к накрытому столу – явно ждали. Велислав, его жена Горица и целый выводок детей расселись по лавкам. Детишек особенно привлекала лисица, они, не скрывая любопытства и восхищения, глазели на неё и всё норовили погладить. Но Мила буквально прижалась к Дарену, а к царевичу дети подходить не решались.
– Военные дела лучше обсуждать в приятной обстановке. – Велислав разгладил усы и обвёл руками стол. – Вы, должно быть, проголодались с дороги.
– Вы знали, что мы едем, – сказала Люба, особо не церемонясь. Внешне она казалась спокойной, но резкий тон выдавал её волнение.
– Из Даргородского княжества к нам бегут люди. Они и принесли вести, – ответила Горица, поправив две толстые тяжёлые косы, что лежали на её плечах. – Говорят, что чернокнижники готовятся к вторжению. Стягивают своих людей и нечисть к Даргороду, многие деревни сжигают. Людей, которые не успели убежать и отказались подчиняться, обращают в волколаков.
– К Даргороду? – нахмурился Умил. – Не к границам княжества?
– Их слишком мало, – сказал Дробн. – И они не знают, с какой стороны мы двинемся. Если размажут свои войска по границе, мы легко прорвёмся. Поэтому они надеются собрать все силы в одном месте, куда мы точно придём, и там за одну битву нас разбить.
– А они могут? – спросил Велислав как бы между прочим.
– Если ты, княже, примкнёшь к нашим войскам, то их шансы уменьшатся, – уклончиво ответил Дарен.
– Я размышлял над этим. – Велислав вонзил двузубую вилку в шкуру запечённого осетра. – Я и сам хочу выдавить этих тварей с наших земель. Вот только есть у меня вопрос: кто после того, как это случится, взойдёт на трон?
Небесно-голубые глаза Велислава воззрились на Дарена. И сказана его фраза была так беспечно, что Мила даже не поняла сначала, о чём речь и почему каждая мышца в теле Дарена вдруг напряглась. Царевич молчал.
– Что ты хочешь этим сказать, княже? – первым нарушил тишину Умил.
– Царь Радомир занял трон, убив своих старших братьев, – в той же непринуждённой манере ответил Велислав. – Один из них был моим отцом и законным наследником престола. Всем сказали, что они скоропостижно скончались от неизвестной болезни, но я-то знаю, чьих это рук дело. Да, младший братишка?
– Я приехал сюда не деяния отца обсуждать, – отрезал Дарен, от его обычной вежливости не осталось ни следа. Он мрачно глядел на князя, словно готовясь отражать атаку.
– Так или иначе, – пожал плечами Велислав и продолжил пересказывать историю, развернувшись к Умилу, – меня Радомир пощадил и сослал сюда. Я, признаться честно, не собирался бороться за трон или мстить – слишком уж это хлопотно, а в иных случаях ещё и кроваво. Но со всеми этими событиями я решил несколько переосмыслить своё положение. Теперь, после смерти Радомира, я могу претендовать на трон ровно так же, как и Дарен.
– И что же? Хочешь меня убить? Раз уж я приехал в твой дом.
– Зачем же? – Велислав поморщился, как от зубной боли. – Я же не твой отец. Я, Дарен, хочу вызвать тебя на поединок.
За столом повисло напряжённое молчание.
– Ты в своём уме? – гаркнула Люба, забыв о всяких правилах приличия. – У нас война на носу, а ты решил делёжку устроить?
– Вы пришли просить о помощи, и мы выставили свои условия, – холодно ответила Горица. – Наши войска вы получите только в том случае, если Дарен одолеет моего мужа в поединке.
– Это глупо! – Люба вскочила на ноги и ударила ладонями о столешницу, так что зазвенели тарелки и приборы, но Дарен тут же её одернул, за рукав усадив обратно.
– Вы готовы рискнуть целым царством ради возможности заполучить престол? – спросил Умил. Он был ошарашен услышанным и смотрел на князя с почти детским удивлением.
– А зачем мне царство, если я в нём не царь? – развёл руками Велислав и захохотал, довольный своей шуткой. Дети подхватили его веселье и тоже начали смеяться.
– Если я одержу победу, – спокойно сказал Дарен, взяв себя в руки, – ты не только отдашь войска, но и присягнёшь мне как своему царю.
– А я не сказал? – Велислав отхлебнул из кубка. – Биться мы будем насмерть.
– Он сумасшедший! – рычала Люба, меряя шагами комнату, которую князь выделил Дарену для ночлега.
