Она закричала. Страх и гнев обратились пламенем, корни, что держали её, ярко вспыхнули и осыпались пеплом. Не раздумывая, Василиса бросилась к чернокнижнику. Выхватила из сапога нож.
Он не успел ничего сделать, слишком был сосредоточен на своих ручных чудовищах. Василиса с низким, утробным воем всадила нож ему в грудь и тут же испуганно отпрянула, выпустив рукоять. Ужас от того, что впервые от её руки пострадал человек, а не чудище, накрыл ледяной волной, и Василиса задрожала.
Чернокнижник дёрнулся, тонкая нить крови пролилась из уголка его рта, и мужчина, ошарашенно глядя на Василису невидящим взглядом, упал. Несколько мгновений чародейка смотрела на его распростёртое на снегу тело.
Оказалось, что убивать людей очень легко.
Ночницы исчезли, а Кирши наконец справился с волколаком и вылез из-под его бездыханной туши. В переулок вбежали Атли и Лель и замерли, созерцая побоище.
– Что, во имя Великого Волка, тут произошло? – рявкнул Атли.
Атли слушал разговоры толпы и краем глаза наблюдал за тем, как пляшет Василиса, как кружится в хороводе, но не спускает с чародейки глаз Кирши, как смеётся, болтая с кем-то Лель. Можно было подумать, что всё в порядке, обычная ночь, обычный праздник и всё идёт своим чередом. Наверное, именно о таком он мечтал. О маленьком круге друзей, в котором ты не чувствуешь себя одиноким, даже когда вы разбросаны по разным краям площади. О своей маленькой стае, которая держится не на страхе перед вожаком, а на чём-то другом, настоящем, что Атли очень хотел назвать любовью, но не решался. Кирши был прав, ему просто нужно заметить, увидеть, почувствовать, что он не один. Жаль, сделать это было не так легко, как сказать. Но он попытается. В конце концов, теперь они у него есть. Маленькая стая.
Волк первым почуял что-то неладное, ещё до того, как Кирши и Василиса исчезли с площади. Но Атли не сразу обратил внимание на его тихое рычание, поглощённый собственными мыслями.
Когда же Волк уже буквально рвался наружу, чувствуя, что с его друзьями что-то не так, Атли, выудив Леля из толпы, бросился на выручку.
– Что, во имя Великого Волка, тут произошло? – рявкнул он. Злой на себя за неосмотрительность, но счастливый от того, что и Кирши и Василиса живы и, кажется, невредимы.
– Чернокнижники, – коротко пояснил Кирши. – Надо убираться.
Он обеспокоенно покосился на Василису. Она выглядела потрясённой, но, встретившись с ним взглядом, немного расслабилась и кивнула.
– Вряд ли их тут только двое, – сказала она и спрятала за спину дрожащие руки. Волк слышал, как колотится её сердце. – Лично мне на сегодня хватит убийств.
Дорогу до Тёмных Лесов они преодолели в полном молчании. Разведка вышла неудачной и говорить об этом никто не хотел. Молчали и после, когда собрались на следующий день за обедом.
– Как спалось? – нарушил тишину Лель, ему удалось звучать почти непринуждённо.
– Я не хочу больше убивать людей! – выпалила Василиса, будто ей было очень важно произнести это вслух, сделать слова настоящими, ощутимыми, весомыми. – Мы должны сделать всё, чтобы всё это… чтобы этого больше не повторилось. Я не хочу убивать людей из-за того, что Драган и Белогор решили скрыть свою ошибку. Из-за того, что Мира, Аргорад, Белава и… Беремир пытались скрыть свои. Я не хочу… стать такой, как они.
Кирши положил руку ей на плечо, а она вздрогнула от его прикосновения. У Атли от боли в её глазах сжалось сердце.
– Мы всё изменим, – решительно сказал он. – На этот раз мы всё сделаем правильно.
– Ты так уверенно это говоришь, – улыбнулась Василиса, и взгляд её ожил и потеплел.
– Это потому что у меня есть вы.
Вот уже несколько недель Мила оставалась в облике лисицы. Журавль Торчин водил над ней руками, щупал и хмурился, но так и не смог понять, что же случилось и можно ли вернуть лисице человеческий облик. Мила и сама не понимала, что происходит, но старалась об этом не задумываться. Сейчас не до того, у неё и у Леля будет время, чтобы разобраться, а пока ничего не должно отвлекать Дарена и остальных от задачи. Их ждала встреча с последним князем, и от неё зависело слишком многое. Дарен, похоже, тоже это понимал, потому что ничем не показывал своего замешательства или интереса к перевоплощениям Милы, за что она была ему очень благодарна.
Краснолесье – самое маленькое княжество Вольского Царства, с одной стороны окружённое Инежскими горами, с другой – Тёмными Лесами. На холмах там росли густые кленовые леса, которые по осени окрашивались в яркий красный цвет, и холмы на фоне голубого неба казались охваченными бушующим пожаром. Но сейчас их укрывал белый снег, клёны спали. На одном из таких холмов, опоясанная рекой, лежала и столица Краснолесья – Любоград. А на самой вершине холма стоял княжеский терем.
Таких высоких домов Мила ещё не видала – он стрелой рвался в небо остроконечными крышами деревянных башен. На смолёном дереве не было росписей, единственным украшением служили резные наличники на окнах да острые пики на крышах.
