– Каждый из нас заплатил высокую цену, – сказал он. – И она не должна стать напрасной. Поэтому я никому не позволю встать у меня на пути. Не теперь. Ты искупишь вину, Сорока, став частицей моего хаоса. Твоя жизнь сослужит мне службу. Это будет твоей ценой.
Мир погас. Сороку снова окутало тьмой, холодной и колючей.
А потом она умерла.
Ночь Лель пережил, но с восходом солнца не проснулся.
Василиса не могла сказать, стало ему лучше или хуже, но в любом случае оставалось только ждать. Ждать и слушать истории друг друга. А каждому было что рассказать. Василисе и Кирши – о своих путешествиях, Атли – о своих. Стараясь ничего не упустить, чародейка рассказала о том, как путешествовала сквозь миры. О странном мире, полном огромных домов и напрочь лишённом магии. Об ужасных мор в призрачном городе, которые оставили на её теле шрамы, и о рыбах, плывущих под небесами. О красной пустыне и о лесе, что одурманил её и едва не поглотил. Рассказала Василиса и о Северных Землях, и о знакомстве с Финистом. Умолчала только о страшном предсказании, что сделала для неё немая шаманка в горах. Отчего-то Василисе думалось, что, пока она не произнесёт эти слова вслух, они, возможно, обойдут её стороной. Странная, неразумная мысль, учитывая, что она чувствовала, как события сплетаются, затягивая её в паутину неотвратимого будущего. Будущего, в котором ей, казалось, отведена важная роль.
Атли поведал о прошлых и нынешних делах Гвардии, Совета Чародеев и событиях в Даргороде. Рассказал о нападении Аспида, которое собственными руками подстроил Совет, чтобы захватить власть в Гвардии, о том, как Драган убил царя, свалив всё на Атли, и о том, как чернокнижники, воспользовавшись неразберихой в Даргороде, нанесли решающий удар. К концу его истории у Василисы уже не было сил удивляться. Сказать по правде, они закончились ещё, когда она заглянула в воспоминания Финиста. Поэтому на рассказ Атли о том, что чернокнижники не развязывали никакой войны и не отворяли Навь пятьдесят лет назад, чародейка смогла только кивнуть.
Принять новую реальность оказалось просто, пусть и всё ещё больно. После того как истории закончились, некоторое время все молчали. Только Мяун и Тирг тихо о чём-то переругивались у печи.
– Значит, у нас нет оружия против Теней, Очищающего Света никогда не существовало, а Морена отказалась нам помогать, – подытожил Атли, нарушая тишину. – Что ж, это может стать причиной для отказа князей нам помогать. Да если они и согласятся, как сражаться с врагом, которого невозможно победить?
– Не вся их армия – сплошь Тени, – ответил Кирши. – Ты говоришь, что они живут, только пока жив их носитель? Будем искать носителей. Убьём их в первую очередь и перейдём в наступление.
– Думаешь, они выйдут вперёд и сделают из себя мишени? Да и на лбу у них не написано, что они носители.
– Вообще-то написано.
– Посмотрю, как ты их разглядишь в пылу битвы…
– Есть план получше?
Василиса поморщилась. Перепалка Атли и Кирши вызывала головную боль.
– Есть кое-что, о чём я не рассказывала, – вклинилась она, потирая виски. Две пары глаз обратились к ней. – Я не хотела никого беспокоить, потому что предсказания – дело неблагодарное и чаще всего сущие пустяки. Но… раз уж у нас в итоге не так много вариантов, то будет нелишним рассмотреть и эту деталь.
Василиса подробно описала свой поход к шаманке в Северных Землях, всё, что видела и слышала. Про Тёмные Леса, про голову Аспида, про разрушенную Гвардию, гарнизон, объятый Синим пламенем. Старый мир, раб, погасшее солнце и ослепительный свет – слова предсказания слетали с языка легко и быстро, хотя чародейка никогда не учила его наизусть. Услышанное однажды, оно осталось с ней навсегда.
– Я смогла объяснить только малую часть всего этого, – сказала Василиса, водя пальцем по столу, будто обрисовывая картину. – Старый мир рухнул – это про падение Даргорода, разрушение Гвардии и казнь Совета. Ты сказал, что Дарен теперь обращается в медведя. Я раньше думала, что речь о Велесе, но, видимо, нет, видимо, это про Дарена, или, может быть, про царя Радомира, или про их род в целом. Леший отвёл нас с Кирши в Навь. Про раба… я думала, что это… могу быть я. Моя клятва Финисту разрушилась, и я получила свободу. Свет, что затмит солнце, – я была уверена, что речь про Очищающий Свет, но теперь, когда мы знаем, что его не существует… Ещё остался какой-то меч и воин, отмеченный золотом богов. Ну и солнце, конечно, пока что оно по-прежнему всходит и заходит.
– Думаю, один ответ у меня для тебя есть, – сказал Атли и поднялся с места. Быстрым шагом он покинул кухню, но совсем скоро вернулся с мечом в руках и положил его на стол. – Это Велесов меч. Он способен разрубить камень. Вообще всё, что угодно, может разрубить. Им Ярослава убила Аспида.
