На нём был простой кафтан, штаны и кожаные сапоги — повседневная, или дорожная одежда, без брони. Значит, визит был неформальным.
Расположились прямо здесь, в главном зале. Весна любопытно заглянула внутрь. И пока мы с Ратибором расшаркивались и обменивались приветами и бытовыми новостями, она уже притащила чайник и две кружки с клюквенным отваром.
— Ну и гадость, — поморщился Ратибор, отпив горячий напиток.
Естественно, оценку отвара он дал, когда Весна уже вышла из зала. Говорил он беззлобно, явно просто привык к чаю или чему-то ещё получше простых и, честно говоря, кислых отваров.
— Да? — изобразил удивление на лице я. — А Аскольду нравится.
— Этому одноглазому-то? Скандинавам и недозрелая морошка — мёд.
Мы оба рассмеялись.
— Ты по делу или так?
Ратибор неоднозначно покачал головой.
— Понял, — ответил я.
Я поставил вокруг нас небольшой Полог, скрывающий от окружающего мира.
Я своим людям доверял, да и Ратибора должны были сопровождать доверенные ребята, но знать наверняка было нельзя. Потому мы оба всегда старались говорить без лишних ушей — а всё, что нужно, своим я и так передам.
— Всё меняется, — заговорил Ратибор, проводя ладонью по столешнице. — Караваев перестал тянуть одеяло на себя.
Я это понял ещё по заседанию совета. Не наверняка, но близко к тому. Но Володина не перебивал.
— Понял, видимо, что без нашей поддержки его земля, караваны и торговые операции пострадают. Ну или не восстановятся вовсе. А волны у нас, сам знаешь… Не каждая, конечно, как осада, но ежегодное происшествие.
— Он так сильно пострадал?
Ратибор ненадолго задумался.
— Скорее, поиздержался. Ваня хоть и жлоб знатный, но как глава Рода нос всегда по деньгам держит. Оттого Караваевы в Совете при нём и закрепились.
— Значит, у вас теперь в совете большинство?
Ратибор почесал щетинистую щёку.
— Формально — нет. С Караваевым пока идёт стадия торга, любит он её. Но неофициально… Да, но все ждут князя. Ну или его ставленников. Тут без них явно в городе не обойдётся. Астахов еле дышит, но всё ещё дёргается, как уж на сковородке.
— Недолго ему осталось, — усмехнулся я.
— Как знать, как знать, — протянул Ратибор, а затем всё-таки согласился. — В этот раз действительно вряд ли отвертится. Уж больно…
Ратибор развёл в стороны руками, показывая масштаб той ямы, в которую Астахов сам себя загнал.
— В общем, город пока останется за нами. Это значит, что и награду твою я тоже проталкиваю. Ты её заслужил.
Вот это было интересно, хотя и ожидаемо. Значит, Ратибор всё-таки занялся моим статусом поплотнее. Приятно.
— Рубежник? — на всякий случай уточнил я.
— Да. Без твоего вмешательства и отряда мы бы не только не узнали о сиринах вовремя, но и, скорее всего, потеряли бы намного больше людей. Потому ты заслужил не просто мешок монет и часть трофеев, а бумагу с печатью, которую никто не оспорит. За которой будет стоять имя, а не слухи.
Рубежники были чем-то смежным между ходоками, наёмниками и казаками. Ступенькой перед собственным Родом, с достаточным количеством вольностей. В том числе на свободный промысел как в Зоне, так и за границей империи, собственным Советом с правом суда над своими, пониженной пошлиной по сравнению с ходоками… Это была лишь часть из привилегий. Но и ответственность у Рубежника выше, чем у ходока.
— Но придётся подождать, — проговорил Ратибор. — Астахов вставляет палки в колёса. Но я его додавлю. Только потребуется время, чтоб протолкнуть бумаги и решить всё. И желательно до того, как сюда доберутся княжеские люди.
— Да, — согласился я. — Если сменится комендант, то не факт, что новой канцелярии удастся по первости хоть что-то принять.
Ратибор с любопытством осмотрелся по сторонам, останавливая своё внимание на ящиках с добычей и артефактами, а также нескольких свитках. Он цепко выделил что-то в зале избы и кивнул сам себе.
— Инвентаризация?
— Не совсем, — едва скрыл улыбку я.
— Значит… — прищурился Ратибор. — Уезжаете?
В ответ я лишь, как и он в начале нашего разговора, неопределённо покачал головой.
Ратибор недолго задумался, уставившись на меня холодными серыми глазами. А затем взъерошил пальцами волосы и вздохнул.
— Может, оно и к лучшему. Здесь хаоситам скоро станет сложно.
— А когда нам было легко? — улыбнулся я.
— И то верно. У меня к тебе дело. Так уж совпало, что твой отъезд мне в какой-то степени на руку.
Интересно. Я-то думал, Ратибор будет просить меня остаться, потому что союзный блок у нас мог получиться очень крепким.
— Слушаю.
— Серёга с Ирой к тебе хотят. Возьмёшь? — спросил Ратибор, а потом поспешно добавил. — Не навсегда. Но пусть покажут себя. А дальше — как решишь.
— Ратибор, мы можем забраться далеко, очень далеко от Выкречи. Ты это понимаешь?
Я спрашивал его не столько как главу Рода, но и как отца. Он заботился об Ире и Серёге искренне, стараясь уберечь ребят, где возможно.
Ратибор провёл рукой по лицу.
— Я бы оставил их, — признался он. — Но не могу больше им в лицо говорить, что всё нормально. Ты и сам знаешь, был на суде. Чуть ступлю ногой за пределы города и тут же начинаются проблемы.
Я терпеливо молчал и ждал, пока Ратибор закончит говорить.
