По мере продвижения между стен появились очертания высокого забора в виде вертикальных стальных прутьев, по которым никто не смог бы взобраться, посередине сооружения виднелась дверь той же стилистики. Я поздно заметил, что таких заборов там было два, к моменту моего осознания дверь перед нами уже захлопнулась, а следом за ней громко хлопнула и та, что стояла позади — нас поймали в клешни.
— Итак, тупые дебилы, перейдем к вопросу ваших карманов, — заговорил мужчина, явно не предполагая, кого же он все-таки загнал в ловушку.
Переднюю калитку захлопнул он, а вот с задней уже помогли дружки, вовремя выпрыгнувшие из окна. Очевидно, этот маневр был спланированной тактикой вымогательства у таких наивных людей, как мы, но вместо денег сегодня бандиты получат только жизненный урок.
— Прямо над вами висит ведро с голодными крысами, — с довольной ухмылкой тыкал пальцем вверх бандит, предвкушая наживу, — один лишь укус, и вы долгие месяцы будете проходить дорогущее лечение, после которого можете и не выжить. Каждый день будет начинаться с симптомов тифа, с каждым потраченным кредитом надежды на выздоровление будет все меньше и меньше, пока ее совсем не останется. Я могу отнестись к вам снисходительно, избавив от страданий, потому предлагаю выбор: деньги или жизнь — что же вы выберете?
— А крысы за яичко больно кусают? — дерзнул я.
— Хочешь проверить, дебил? — прорычал он, резко дернув веревку, поддерживающую ведро, от чего металлическая емкость слегка загремела.
— Да, хочу, скидывай крыс, — ухмыльнулся я, предвкушая свой зловещий план «научи бродягу манерам».
— Что ж, раз ты такой смелый — наслаждайся! — бандит вынул из кармана свою финку, лезвие которой тут же пронеслось по веревке, отправив ведро с крысами в свободный полет.
— Лаффи, наверх! — приказал я, предполагая, как на ней может отразиться укус, который для меня был бы безвреден. Она хорошо поняла меня и тут же вцепилась в прутья забора так, будто росла в семье пауков.
Ведро рухнуло, из него в самом деле вывалились противные вонючие черные крысы, которые сразу же бросились в мою сторону, вцепившись зубами в ногу. Не скажу, что это было приятно, но бывало и хуже — вспомнить только сосульку, разрубившую мое тело напополам.
— Надо же, совсем плевать на жизнь, — промямлил мужчина, глядя на то, как я непоколебимо стою в окружении вредителей.
Я не стал ничего отвечать, а лишь сконцентрировал в своих ногах побольше разряженного энтропиума, который оказал чудодейственный эффект на крыс, заставив их замертво падать на землю. Увидев это, бандит растерялся и лишился дара речи, но то, как я оголил «Нами» и перерубил крепкий стальной замок на разделяющей нас двери, заставило его действительно сильно занервничать. Лаффи тоже не стала просиживать ягодицы и разобралась с остальными, дав мне возможность сконцентрироваться.
— Перейдем к вопросу о яичках, — грозно проговорил я, сократив расстояние, стоя перед некогда довольным собой бандитом, держа в руках последнюю живую крысу.
— Стой-стой! Я дам тебе деньги, забирай все! — вдруг затрясся он так, что грошовые наличные Гармонийские кредиты посыпались из рук.
— Где Хомура? — задал я единственный вопрос, ожидая все-таки получить на него ответ.
— Не знаю! Хоть убей — не знаю!
— Убить говоришь? — улыбнулся я, застыв в прицельной позе с крысой в руках.
— Ладно-ладно, погоди, давай решим все миром! — взмолился он. — Я не знаю, где эта Хомура, но я знаю того, кто знает! Повар по имени Марвин — она работала с ним в уличном общепите!
— Ты уверен в своем ответе? Мой маленький дружок может подсказать, врешь ты или нет, — подтрунивал я над ним.
— Клянусь, говорю правду!
— В таком случае я могу тебя отпустить.
— Ох, мистер, благодарю вас за то, что сохранили мне жизнь! Обещаю встать на путь искупления — мамой клянусь! — неумело врал бандит.
— Что ж, я в тебя поверю, бывай! — аналогично неумело солгал я, бросив в его сторону крысу, которая неслабо припугнула неблагополучного гражданина, после чего двинулся прочь, подав напоследок знак Лаффи.
Секунду спустя прямо перед моим лицом на огромной скорости пролетел короткий и аккуратный клинок, вонзившийся придурку прямо в лоб, прикончив на месте. Я лишь с облегчением вздохнул, получив от него хоть какую-то информацию, а подошедшая в этот момент ко мне Лаффи была в явном замешательстве.
— Думаешь, стоило его вот так убивать? — вопросила она.
— Стоило — он этого заслужил, — утвердил я, глянув на некогда живое тело в последний раз. — Вымогание денег у бедных людей таким жестоким способом рано или поздно погубило бы его жалкую душу — идем.
***
Несколько часов плутаний зря не прошли, ведь мы все же получили наводку на Хомуру, сделав при этом доброе дело. Найти палатку общепита было несложно — приятный запах здешних супов за километр притягивал к себе посетителей. Мы с Лаффи сблизились с оживленной толпой, стоящей перед орудующим поварешкой мужчиной, который, вполне вероятно, мог быть тем самым Марвином.
— Здравствуйте, Марвин? — обратился я к уличному повару.
