— Проследи за тем, чтобы Ашидо больше никому не навредил — отрежьте ему руки и ноги, если придется. Сейчас мне нужно сконцентрироваться на Лаффи, пока ее смерть еще не подтверждена.
— Сделаем все возможное, Илия, — подтвердила она.
— Спасибо, — напоследок сказал я.
Честно говоря, вся мотивация что-либо делать внезапно пропала, но, вопреки собственному нежеланию, я взял себя в руки и выхватил из кармана «Энтропогранум». Бросив устройство в воздух посреди коридора, сразу же вошел в открывшийся перед всеми портал, значительно отличающийся по своей природе от того, что создает Войд — не только цветом, но и свойствами.
***
Шагнув по ту сторону пелены с темно-фиолетовым обрамлением, я оказался в самом близком для меня месте на всем белом свете — в собственной лаборатории посреди безграничной Бездны. «Энтропогранум» служил ключом, открывающим портал лишь в одну точку и возвращающий своего владельца обратно туда, откуда он вошел, и выглядело это устройство как обычный резной кубик, помещающийся в ладони, сделанный из энтропита, который по сути своей был ничем иным, как кристаллизованным энтропиумом, больше смахивающим на легкий металл.
Когда-то в этом месте проводились долгие опыты и эксперименты, а сейчас лаборатория пустует, и труп ее хозяина лежит в самом центре одинокого островка посреди мрачной и молчаливой Бездны. Здесь все существует вне времени, ведь даже спустя восемьсот лет мой труп так и не разложился, что натолкнуло на идею о том, как поступить с Лаффи, однако на фоне неопределенности существует ряд нюансов — теории подтверждаются только на практике.
Недолго думая над собственной идеей, я начал собирать личные вещи, а следом за ними захватил алхимические очки и ящик лабораторных принадлежностей, среди которых были склянки с чистой жидкой эссенцией. Будние дни грамотного лекаря давно минули, но способность вытаскивать людей из таких передряг, которые смертным даже не снились — не растерялись.
Таким образом в арсенале алхимика в отставке оказались все привычные средства защиты, потому я мог без задней мысли спокойно вернуться в медпункт, дабы провести над безжизненным телом ряд манипуляций, которые не обещали быть плодотворными, гарантируя лишь сохранность тела.
***
Покинув лабораторию тем же путем, я вновь оказался посреди коридора крыла «А», где находились все те же люди в тех же самых позах с теми же самыми выражениями лица, словно не прошло и пары секунд, как я вернулся — именно за это можно любить отдаленные уголки Бездны. Не тратя ни секунды на разговоры, я спешно вошел в комнату, где находилась Лаффи. К этому моменту мои «коллеги» уже успели подключить девушку к аппарату искусственной вентиляции легких, однако никто из них не решался совать руку в кучу мяса ради того, чтобы та однажды смогла вдохнуть сама хотя бы единожды.
— Почему никто не делает массаж? — наехал я на них с ходу.
— Илия, это бесполезно, — вздохнула Юмико, — она даже под ИВЛ не подает признаков жизни. Что мы можем с этим поделать?
— Давай, — выкрикнул я, закинув на стол вблизи с кушеткой увесистый ящик, а затем сразу же уселся рядом с Лаффи, — открывай ящик, бери малый шприц и ищи пробирку с красной жидкостью — на ней написано «Vitae essentia».
— Что ты задумал? — оторопела она.
— Джозеф, перчатки, — скомандовал я, на что получил мгновенную реакцию в виде требуемых перчаток.
Разорвав упаковку и натянув на левую кисть защитный слой резины, я тотчас запустил руку внутрь дыры в животе, проталкивая ее как можно дальше к сердцу, минуя при этом плотный слой внутренностей, пока не добрался до цели. Крепко схватившись за сердце, я принялся делать гармоничные сдавливающие движения, имитируя привычное сердцебиение, тогда-то на мониторе мелькнул пульс.
— Нашла? — окликнул я Юмико.
— Тут много красных пробирок! — прокричала она, затерявшись всего лишь в трех склянках.
— Самая яркая в первом ряду, — подсказал я. — Джозеф, подай из этого же ящика очки, нацепи мне их на голову!
— Да, мастер Кишин! — подхватил он, выхватив их с самого видного места, после чего принялся старательно натягивать их мне на голову.
Эти очки не были простыми — они показывали уровень и тип содержащийся в чем-либо эссенции. С их помощью я мог определить то, насколько жива Лаффи и жива ли она вообще, а следом за этим простроить оптимальный вариант восстановления. Едва в глазах мелькнул фиолетовый тон линз, я уже мог увидеть то, насколько все плохо, однако среди одного большого «плохо» ясно виднелось одно маленькое «хорошо».
— Ее мозг все еще жив! — подметил я, взглянув на уровень содержащейся в теле эссенции. — Юми, набери в шприц двадцать две сотых миллилитра и подай мне!
— Да, сейчас! — откликнулась она, тут же схватившись за пробирку и вставив в нее иглу через резиновую затычку.
Когда все было готово и в правой руке оказался наполненный нужной эссенцией шприц, я слил лишние сотые миллилитра, будучи готовым всадить иглу.
— Какая у нее группа крови? — уточнил я, продолжая массировать сердце.
— Третья отрицательная, — подсказал Джозеф.
— Отлично, возьмите ручную помпу и жгут, будем переливать.
