— Как вы можете пить кофе без сахара? — возмутился он, едва я подошла поближе.
— Бодрит, знаешь ли, — объяснила я. — Нет ничего лучше черного кофе без сахара после тяжелой работы руками.
— Бред, — вздохнул он, закатив глаза, — в кофе должно быть молоко и сахар, а еще лучше добавить в него сиропов, лишь бы не чувствовать этот гадкий привкус.
— На вкус и цвет товарищей нет, — пожала я плечами. — С таким кофе можно разве что уснуть на полу, а не взбодриться.
В самом деле, нежным натурам вроде Николаса не понять, зачем люди пренебрегают вкусом ради эффекта. В любой другой ситуации он предпочел бы прямо противоположное, как, например, съесть шоколад вместо свиной отбивной с острым чили.
— Давай не о кофе, — отмахнулась я, после чего присела рядом с диваном на корточки, не став выгонять Николаса с пригретого места. — Как дела на личном фронте, ковбой?
— В каком смысле? — растерялся он.
— Как там с Эмбер? — улыбнулась я. — Есть прогресс?
— Ах, ты об этом, — опомнился Николас. — Потихоньку…
— Что, она убедила тебя в надобности переобуться? — еще шире улыбнулась я.
— Что за вопросы такие? — внезапно покраснел он, замявшись так, что лицо приобрело совсем новый и незнакомый вид.
— Ути, как мило, — расплылась я, осознавая, что начинаю нагло его дразнить. — Неужели влюбился?
— Отстань, Мисато, — фыркнул он, отвернувшись, — я не в духе отвечать на это.
Таким я его в самом деле видела впервые, будто пред взором предстал совсем другой человек, или, скорее, другая его сторона, о которой никто ранее и не знал, не считая наглой охмурительницы Эмбер.
— Ох, неужто придется спросить у нее самой? — продолжила передразнивать я, желая знать все подробности.
— Даже не думай! — оборвал он, покраснев еще больше, словно помидор. — Все, что угодно, но к Эмбер даже на милю не подходи! — сказав это, Николас сделал небольшую паузу для того, чтобы успокоиться, после чего робко произнес, — Я сам все расскажу…
— Ага, давай, — подпинывала я его, желая не столько узнать подробности, сколько получше изучить эту сторону Ника. — Мне начать задавать вопросы?
— Только не грязные, пожалуйста, — Николас сразу же провел черту, через которую не нужно переступать.
— Хорошо, начну, — ухмыльнулась я в предвкушении. — Что за связь между вами образовалась?
— Как сказать, — замялся он. — Эмбер дала мне кое-что понять, чего я не понимал раньше.
— Вот этим? — на этом моменте я демонстративно подхватила свою грудь, спрятавшуюся под майкой, и слегка приподняла ее вверх.
— Я же просил без этого, — возмутился он, нахмурившись так, будто смотрит на таракана в столовой. — Впрочем, ты правильно подумала. Говоря начистоту, я просто не знал, что бывают такие девушки, к которым легко подкопаться, вроде нее. Теперь приходится жить с чувством, что я в какой-то момент оступился из-за своей неполноценности.
— Ник-Ник, — покачала я головой, — неужели ты не додумался сначала подружиться с кем-нибудь противоположного пола, чтобы узнать получше о том, что девушкам нравится в парнях?
— Да вам лишь бы деньги и мускулы, — фыркнул он. — Никто не смотрит на интеллект и внутренний мир, даже если я этим богат. Благо она не такая как все остальные — этим все сказано.
— Эх ты! Не понимаешь таких простых вещей…
— А что мне нужно понимать? — непонимающе вопросил Николас.
— Девушкам не нужны никакие деньги и мускулы, — улыбнулась я. — Мы ровно такие же, как и вы, парни — нам нужно лишь внимание и уверенность в том, что мы чего-то стоим, которую парень вполне может дать, если он просто добр и любит по-настоящему.
— Если все так, как ты говоришь, почему тогда никто на меня даже не смотрит? — Николас все еще придерживался своего ошибочного мировоззрения. — Все внимание приковано к красавчикам Ашидо и мастеру Кишину, а я все время болтаюсь в стороне.
— Потому что они уже успели показать себя с хорошей стороны, — объяснила я доступнее некуда. — В то время как они поддерживают контакт со всеми сразу, ты тихо стоишь в стороне, словно пугало в поле. Проявляя внимание и знакомясь с окружающими, человек располагает к себе — это основа дружбы, а уже за ней стоит нечто большее, если люди нащупают нить. Думаешь, как у вас с Эмбер все завязалось? Она просто проявила инициативу и наглость, насильно присосавшись к тебе, и ты ее не отверг — разве я не права?
— В этом есть смысл, — задумался он. — Я ведь подружился с вами только потому, что мы сплочены общим делом, из которого вытекают параллели. Работали бы мы в разных областях — могли никогда и не заговорить.
— Вот, видишь, — умиротворенно улыбнулась я. — Ты просто немного асоциален, отсюда и вытекают все остальные проблемы. Я тоже такая, потому что в одиночестве работаю куда продуктивнее и концентрироваться легче, но порой хочется пожертвовать плюсами от работы в одиночестве ради таких разговоров на перерыве, или ради того, чтобы отругать Шина за очередную оплошность.
— Какую оплошность? — как гром средь ясного неба надо мной раздался возглас Шина, от которого я тотчас подпрыгнула.
