Еще вчера я убедился в том, что эти люди настроены серьезно, сделав вывод из того, чем была снаряжена Эверби, что она говорила и что делала.
— Сложите корону, хах, — усмехнулся я, проговорив куда-то в потолок, — еще чего, «Спектр»…
Поначалу никто даже не заметил, что под кофтой «Ангела Трущоб» все время нахождения во дворце скрывался самый настоящий экзоскелет, качество которого поразило даже дворцовых механиков. Спешу предположить, что в его разработке и создании замешана Хагашида, которая, ко всему прочему, сделала и тот странный прибор, которым Хомура хотела воспользоваться в последний момент нашей схватки, перед тем, как потеряла сознание. Проанализировав его схему, дворцовые инженеры сделали однозначный вывод, назвав устройство сканером, который должен был передать массив данных куда-то за пределы дворца, но никто так и не смог ответить, куда эти данные должны были попасть, и для чего конкретно они предназначались.
— Отец, — окликнула меня Аой, вырвав из потока беспорядочных мыслей.
— Чего? — отреагировал я, отвернувшись от окна в тронном зале в сторону дочери.
— Ты же не собираешься ее убивать, правда? — взволнованно вопросила она.
— Навряд ли, — спокойно ответил я. — Было бы неплохо завербовать Хомуру, но, боюсь, она даже под дулом пистолета не встанет на нашу сторону, потому остается только воспользоваться остаточной частью ее потенциала.
— Она тоже тебя впечатлила, да? — осторожно произнесла Аой, опасаясь, что такие слова могут меня задеть.
— Нисколько, — соврал я, сделав непоколебимый вид. — У Хомуры характер война, коего порой не хватает даже прославленным гвардейцам, но она выбрала не ту сторону, даже имея возможность направить свою силу и решимость в полезное русло.
— Ты о службе в гвардии? — догадалась Аой. — Тяжело представить ее на одной линии с Айсом, Шевцовым, Майерсом и остальными.
— Тем не менее, — продолжил я, думая об утраченном потенциале. — Эти люди как раз входят в число тех, кто служит дворцу бескорыстно и добросовестно, другими словами, они не соответствуют понятию Хомуры о гвардии, построенной на костях — имеют свое мнение, работают по своим принципам, подчиняются слову короля добровольно. Если бы каждый гвардеец исполнял свой долг так, как это делают они, осознавая ту опасность, которую носители представляют для общества, мне не пришлось бы идти на такие радикальные меры.
— Но… разве это хорошо? — замялась она. — Вот так просто отнимать у людей свободу только из-за их потенциальной опасности?
— Ты не понимаешь, Аой, — тяжело вздохнул я, — никто не понимает. Если бы у носителей была свобода, Гармония давно погрузилась бы в хаос, ибо бесконтрольность несет за собой разрушение. Я уже давно убедился в том, что рабочей анархии не существует, что добрый и мягкотелый король никогда не построит сильное государство.
На этом моменте в голове стали всплывать навязчивые воспоминания, от которых хотелось поскорее отмахнуться, ибо все давно минуло, и от прошлого ничего не осталось, кроме дурных последствий, отразившихся на моем собственном мировоззрении.
— Без сильного государства нет смысла в сильном короле, ибо он падет первым, а вместе с тем и остальных за собой утянет, — еще тяжелее вздохнул я.
В этом мире все устроено иначе, все кажется таким незнакомым и странным, потому приходится подстраиваться под реалии того времени, в котором приходится жить, но, когда ты, казалось бы, уже привык и нашел свое место, навязчивые мысли снова берут верх, напоминая о том, что ты здесь один… в обители самозванцев.
— Ваше Высочество! — послышался женский возглас со стороны входа.
Обернувшись к источнику шума, я застал в дверях Виви, ожидающую ответной реакции на обращение. В ее глазах читалось непонимание, словно молодая девушка пришла обратиться за советом к старшему наставнику.
— В чем дело, Триумф? — поинтересовался я.
— У меня доклад от сотрудников эшафота, — пояснила она. — Все готово, мы можем начинать уже к восьми часам вечера.
— Отлично, приставьте к «Ангелу Трущоб» майора Морроу в качестве охраны, выведите ее на площадь не раньше, чем за десять минут до начала, — приказал я. — Ты тоже будешь с ней сегодня, Виви, а когда та окажется в гильотине, можете занимать свои места в числе зрителей.
— Полагаю, мне придется предварительно высушить там все хорошенько, — предположила Вивиана.
— Верно, — подтвердил я. — За работу, солдат.
— Честь и слава, Ваше Величество! — воскликнула она.
— Честь и слава! — подхватил я, после чего Виви скрылась за потрепанными дверями, которые разрушила, казалось бы, такая легкая туша, раны которой пришлось залечивать лично мне.
Раз уж все было готово, впереди была очень ответственная часть дня, потому работы было не в проворот, особенно для меня, когда настанет черед королевского слова. Если описывать ближайшие планы коротко, у нас была призрачная возможность выманить «Спектр», сыграв на человеческих чувствах и репутации ордена. Для них будет сложно сделать правильный выбор, который так или иначе понесет за собой потери: либо репутация, либо союзник, либо глава.
