– Брат, не вини нас. Мы же не сами решаем, что нам делать. Нами распоряжается начальство, а мы распоряжаемся своими подчиненными. Если начнем оспаривать приказы, это станет катастрофой. И я имею в виду не твою или мою карьеру. Если пойти по этой дорожке, мы разрушим вообще всё.
Сю Тон говорил прочувствованно, и от его слов морщины на лбу Бьян Пиня немного разгладились. Тот встал, дал знак Сяо Вону и Фан Му следовать за ним, и они поднялись тоже.
Уже возле дверей Фан Му вдруг оглянулся.
– У меня просьба. – Он перевел взгляд с Сю Тона на заместителя комиссара Вана и назад.
– Все что угодно, – хором ответили те.
– Я хочу увезти моих братьев домой.
Четыре ключевые свидетельницы исчезли, а Лю Лю по-прежнему отказывалась говорить. Снова расследование зашло в тупик. У них осталась одна-единственная зацепка: Чжин Йонгу и двое других нападавших – если только тех удастся отыскать, арестовать и допросить.
Два дня спустя мужчина, которому Фан Му направил в лицо шланг высокого давления, был арестован после обращения в госпиталь за медицинской помощью. Его левый глаз спасти не удалось, а зрение в правом упало до пяти процентов. Пока что его держали в больнице и допрашивать запрещали. Однако даже без его показаний у детективов было достаточно доказательств для предъявления обвинения.
Совсем другая ситуация сложилась с Лю Тяньшаном и его людьми. Целая деревня свидетельствовала в их пользу, подтверждая алиби. Срок их задержания подошел к концу; всех троих человек из деревни Лю пришлось отпустить на свободу – кого-то под залог, кого-то под подписку о невыезде. Без новых доказательств ни одного из них ни в чем нельзя было обвинить.
Однако Фан Му не собирался сдаваться. Он зашел слишком далеко и слишком много потерял, чтобы отказаться от дела сейчас. К счастью, в департаменте ему никак не препятствовали.
Последний крик троих храбрецов за мгновение до того, как они потонули в кипящей стали, до сих пор эхом отдавался у него в ушах. Каждый раз, когда усталость грозила свалить его с ног, этот жуткий звук становился громче и отчетливей, заставляя двигаться вперед. Ничего еще не кончилось. Он будет сражаться, чего бы это ни стоило.
Вот только теперь Фан Му остался на поле боя один.
Реакция его коллег на события в пещере и на сталелитейном комбинате оказалась печально предсказуемой. Неважно, что они знали о деле, – все старались держаться от него как можно дальше. Всем было известно, что против расследования объединились влиятельные силы, и никто не хотел следом за Фан Му ввязываться в сражение, сулившее неминуемый проигрыш.
Дело Старого Сина превратилось в пустую формальность. В открытую это не говорилось, но все уже ждали, чтобы дело скорее закрыли и забыли. Тогда они смогут наконец вернуться к своей нормальной спокойной жизни. Миллионы людей в мире каждый день страдают без причины и без вины; возможно, теперь настала очередь Син Чжисена. А потом, у всех перед глазами маячил печальный пример Чжен Линя, Юн Хая и Маленького Чжана. Кто захочет высовываться после того, что с ними произошло?
Все ощущали, что в подземном мире рыскает зло – как в той пещере с рекой, – но не заговаривали о нем вслух. Пусть темные воды и текут под мирной поверхностью – если выиграть в противостоянии с ними невозможно, а потерять можно очень много, то лучше закрыть на них глаза.
Так думали все, кроме Фан Му. Он знал, что двигаться вперед теперь станет еще трудней, но останавливаться не собирался. Ни сейчас, ни когда-либо в будущем.
В пещере Лю Дахун упомянул про какого-то начальника Льяна. Очевидно, этот человек возглавлял организацию, торгующую людьми. Чжин Йонгу являлся в лучшем случае одним из его приближенных. Фан Му был уверен, что начальник Льян связан и с отелем «Бэй-Сити», и со сталелитейным комбинатом «Цзюань». В обычной ситуации этой информации хватило бы, чтобы вычислить его – полиция знала всех ключевых игроков в сфере организованной преступности. Однако про начальника Льяна никто не слышал. Пока что он оставался неуловимой тенью.
Фан Му решил заняться контактами Чжин Йонгу, управляющего отелем «Бэй-Сити», и Пен Жонкая со сталелитейного комбината. Он искал все, что с ними связано, не обращаясь только в департамент. На помощь Бьян Пиня он мог рассчитывать, но от всех остальных решил держать свое расследование в секрете. Это перекрывало для него многие официальные пути, но Фан Му счел такое решение обоснованным. Он был уверен, что кто-то в департаменте работает на начальника Льяна.
На первый взгляд Чжин Йонгу и Пен Жонкай казались обычными бизнесменами, но полиция была уверена, что у обоих есть криминальное прошлое и они являются значительными фигурами в нелегальной сфере сами по себе. Правда, после перестрелки обе организации, которые они возглавляли, практически полностью схлопнулись. Это можно было расценивать как небольшую победу, но для Фан Му она означала, что он не сможет найти новых зацепок в отеле или на комбинате.
