Шигеру глубоко вздохнул, и Рю почувствовал, что его изучают. Сделав какой-то вывод, Шигеру заговорил:
– Ты молод, и обучение владению мечом – тяжелая работа. Позже мы будем тренироваться каждый день. А сегодня отдохнем.
Рю почувствовал, как по его уставшему телу разливается облегчение. От движения болело все, и он не смог обнаружить ни единого исключения. Его ступни болели от бега и стояния целый день. Ноги ныли от того, что он принимал разные позиции и удерживал их. Его туловище, руки, грудь и спина болели от обращения с мечом и рукопашного боя. День отдыха означал возможность лечь в постель и проспать остаток дня.
Но когда он повернулся, чтобы отправиться спать, за спиной раздался голос Шигеру – в нем слышалась усмешка.
– Не туда, Рю. Мы идем гулять по лесу.
Рю хотелось застонать, закричать или заплакать, но даже в столь юном возрасте он знал, что ни одна из этих эмоций не повлияет на Шигеру. Они отправятся в поход, и он закончится, когда Шигеру скажет. Рю на мгновение задумался: стоит ли вообще пытаться противиться, приводить хоть какие-то аргументы? Минутное размышление подтвердило, что нет, и он покорно последовал за мастером. Рю вышел из хижины, бросив напоследок тоскливый взгляд в угол, где была его кровать, еще теплая после долгого сна.
Они прошли не очень далеко, всего лишь до ручья и небольшого водопада, которые Рю обнаружил во время своих первых приключений на участке вокруг хижины. Придя туда, Шигеру отложил мечи и начал разминаться, то подпрыгивая, то замирая. На взгляд Рю, Шигеру выглядел нелепо, и он старался сдержать смех. Мастер махнул рукой, давая понять, что он должен присоединиться к нему и повторять движения за ним.
У Рю не осталось сил протестовать, хотя какая-то часть его сознания утверждала, что это глупо. Он подражал движениям Шигеру как только мог и сразу же заметил эффект. Каждое движение растягивало определенные группы мышц. Когда он наклонялся, чтобы коснуться пальцев, то чувствовал, как задняя часть ног ныла и сопротивлялась. Но он упорствовал, и вскоре почувствовал, как мышцы расслабляются и растягиваются.
По мере того как Рю узнавал, зачем нужно каждое упражнение, он воодушевлялся все больше и больше. Поначалу движения были болезненны, но чем больше его тело тянулось и расслаблялось, тем отчетливее он ощущал, как боль от тренировок предыдущего дня испаряется. Было удивительно, что, просто заставляя свое тело двигаться, можно почувствовать облегчение.
В голове сразу всплыло воспоминание. Его отец в доме ночью, не в силах пошевелиться от мучительной работы в полях. Иногда он передвигался как пожилой человек, хотя ему было всего двадцать четыре цикла. Он был осторожен, но Рю был достаточно наблюдателен, чтобы понять, что каждое движение причиняет ему боль. А если бы он знал то, что знал Шигеру? Разве мучился бы он вот так?
Эти мысли на мгновение отвлекли его от тренировки, но если Шигеру и заметил, то не подал виду. Они еще немного позанимались, а затем мужчина выпрямился.
– Что еще болит?
Рю задумался и назвал несколько мест на теле. Его плечи, руки и спина все еще отдавали пульсирующей болью, которая никак не хотела проходить. Шигеру кивнул.
– Ложись.
Рю колебался. Он знал, что Шигеру собирается сделать что-то, что поможет ему, но мысль о другом человеке, который окажется столь близко, беспокоила. Он помнил объятия матери холодными ночами и грубые руки отца. Теплые воспоминания яростно столкнулись с реальностью, и на глаза навернулись слезы.
Шигеру наблюдал за каждой эмоцией на лице мальчика. Не в первый раз Рю почувствовал, что тот знает обо всем, что творится у него в голове. Он ничего не сказал, предоставив Рю самому разбираться, и лишь молча поддерживал его. Через некоторое время эмоции отпустили, и Рю кивнул в знак согласия. Он лег на мягкую траву возле водопада. На него светило солнце, и его стало клонить в сон.
– Это может быть больно.
Рю кивнул и стиснул зубы. Он все еще не решался просить Шигеру быть с ним немного помягче. Он ощутил, как чужие руки быстро и уверенно пробежались по его спине. Несмотря на прохладу весеннего ветерка, ладони Шигеру были теплыми – а еще твердыми, как сталь. Руки отца были грубыми, узловатыми, покрытыми морщинами. Руки Шигеру были более гладкими, но на них было больше мозолей. Они были такими же твердыми и неподатливыми, как и меч, лежащий в траве рядом с ними.
Шигеру без предупреждения надавил большим пальцем на какую-то точку у Рю на спине. Все мысли о том, чтобы терпеть боль, вылетели вместе с беззвучным криком Рю. Потребовалась пара вдохов, но ему удалось вернуть самообладание, а затем он почувствовал, что его спине уже лучше. Несмотря на боль, он был заворожен, его ненасытное любопытство пересилило естественную реакцию тела.
Шигеру продолжал нажимать на одну точку за другой, и каждое нажатие посылало новые волны боли по маленькому телу Рю. Каждый раз он задыхался, но когда все закончилось, Рю почувствовал необычайную легкость. Ему казалось, что он может прыгать вечно.
