— Вы опять использовали свои сверхспособности в азартных играх, Ваше высочество? — спросил Эмилиус, — я боялся, что мы снова попадём в заваруху, как в Ренегсберге.
— И опять я сделал это во имя спасения человека из беды, — улыбнувшись, ответил Эвальд.
Они подошли к скамье, к которой был прикован гребец.
— Теперь я принадлежу вам, господин? — промолвил старик. — Но зачем вам старый раб?
— Ты получишь волю. Дениел держит своё слово.
Старик застыл, как поражённый громом.
— Волю? Мне, уже переставшему мечтать о ней? Не могу поверить в это! О, я до конца жизни буду молиться за вас перед Всевышним!
Он не ожидал такого подарка судьбы.
— Но кто ты, господин? Дениел? Ты не можешь быть им! Дениел гораздо старше тебя! Но ты очень похож на него. Наверное, ты его родственник — сын или племянник?
— Не так уж важно, кто я, — сказал принц, — скоро ты увидишь свою семью.
Он вынул меч, и клинок, усиленный энергией мысли, легко, как масло, разрубил толстую цепь.
— Я обещал галерщику, что ты будешь грести, пока мы не прибудем в Ликон.
— Конечно, господин! Ради свободы я готов грести до северных пловучих ледяных гор!
В Ликоне, когда друзья сошли на берег, на рыночной площади Эвальд разузнал, когда отправляется караван в Оуш-Тигаринт. На их счастье, караван отправлялся сегодня, и караванщиком был не кто иной, как всё тот же Джал Шахр! Он очень постарел, растолстел, его борода сильно поседела, но, несмотря на все произошедшие потрясения и войны, он продолжал водить караваны между Ликоном и Оуш-Тигаринтом. Конечно же, Джал Шахр не узнал принца. Эвальд вручил ему несколько золотых монет, и тем самым приобрёл право для себя и своих друзей следовать с караваном. Принц доплатил ещё два золотых, и Джал Шахр разрешил Элис ехать верхом на верблюде. Принцесса с опаской влезла на горб зверя. В полдень караван отправился в путь. Ярко светило жаркое солнце. Следом за караваном, как и прежде, следовала вереница рабов.
— Я давно не был в этих местах, почтенный Джал Шахр, — сказал принц караванщику, — расскажи мне, что нового в Оуш-Тигаринте? Я слышал, за морем шли ужасные войны. Докатились ли они до этой пустыни?
— Да, господин, — ответил Джал Шахр. — Это было много лет назад. Огромное войско Повелителя мира пересекло море на галерах, и подступило к столице Алхиды. Гилморг предъявил эмиру ультиматум, где требовал от него отказаться от независимости, стать вассалом имперской короны, и платить ежегодную дань, иначе грозил дотла сжечь город, перерезать мужчин, а женщин и детей превратить в рабов. Старый эмир решил сдать город без боя, чтобы избежать гибели людей и разрушения города. Среди народа были такие, кто обвинял его в трусости и предательстве. Всё это подорвало здоровье правителя, и вскоре он умер. А может быть, Гилморг убил его. Все знают, что Повелитель может поразить неугодного ему на любом расстоянии, даже если тот находится за двумя морями. Наместником Гилморга в Алхиде стал шейх Сайлу.
— Уж не тот ли, кто некогда устраивал зрелищные бои на арене?
— Да, он самый. И он в фаворе у Гилморга. Благодаря этому ему удалось снизить размер ежегодной дани Алхиды, Оуш-Тигаринт процветает. Расширилась торговля с континентом, построены новые дома для простолюдинов и дворцы для знати. Снизились налоги для ремесленников и купцов.
— Возможно, он мудрый правитель, — сказал принц.
— Да, и все мы молимся, чтобы Всевышний продлил его дни, кто знает, если бы его не было, и Гилморг прислал другого наместника, как бы сложилась наша жизнь?
— Ты помнишь Эйнара Красавца? Говорят, что кто-то зарезал его?
— Да, конечно помню, — ответил Джал Шахр, — это было очень давно, ещё до войны. Но он жив, и до сих пор живёт в Оуш-Тигаринте.
— Эйнар выжил! — взволнованно воскликнул принц. — Но кто пытался убить его?
— Некий воин по имени Дениел Северянин. Эйнар победил его на арене, а затем поселил в своём доме, чтобы тот мог залечить полученные раны. Но Дениел затаил злобу на Эйнара, и перед тем, как покинуть его дом, вонзил кинжал ему в спину. Позже выяснилось, что это был преступный принц Сариолы, который специально втёрся в доверие к Эйнару, чтобы отомстить ему за смерть брата.
— Какой ужас! — прошептал Эвальд, ошарашенный услышанным. — Моё имя покрыто позором! Теперь все считают меня бесчестным подлецом. Неужели Эйнар сказал, что я мог совершить такое!
— Извините, господин, я не расслышал ваших слов, — сказал Джал Шахр.
— Как стало известно, что это был Дениел? — спросил принц. — Неужели сам Эйнар сказал об этом?