Клинок Тишалла полностью

Это не Берн. Это не его душа вернулась в тело — сколько угодно могу повторять себе, но выражение его глаз, звук голоса вытягивают из меня силы сильней, чем все чары Райте. Я даже не могу удержать Косалл, и, когда Райте делает шаг ко мне, выдергивая у меня эфес одной рукой, а другой ловко расклинивая мои запястья очень эффективным приемом айкидо, я не пытаюсь сопротивляться.

Демон оборачивается к Райте:

— Онно умирррало. — Должно быть, это он про Гаррета. — Я ггголодддаю. Нне пппроступоккк?

Райте пожимает плечами и бормочет себе под нос что-то вроде местной версии «не подмажешь — не поедешь». Без страха подойдя к демону, он протягивает чучелу рукоять Косалла.

— Задача тебе ясна?

Идиот, долбаный дебил, кретин сраный!..

Я же мог себя зарезать клятым мечом. Мог себе башку снести!..

Но не сообразил.

Чучело хватает эфес Косалла — и клинок молчит, потому что чары его пробуждает к жизни лишь прикосновение человеческой руки. Демон поднимает оружие, изучая блестящее под луной лезвие, жидкий блеск усеявших клинок от острия до самой гарды рун.

— Пэлллессс Риллл, — стрекочет демон, и бледный отсвет отгоревшей похоти в его глазах заставляет меня подумать, что в нем осталось все же нечто от прежнего Берна.

А потом каким-то образом тварь оказывается прямо передо мной. Зенки ее блестят, как стеклянные — наверное, так и есть, из глотки рвется долгий, басовитый стон, словно у старого усталого любовника на грани оргазма, переходящего в инфаркт.

— Ппприветттт, Кейнннн, — скрипит она.

Дежа вю скребет глотку и крутит кишки, выжимая блевотину.

Этого не может быть. Это все дурной сон.

— Ппочемму ты не бежишшшшь? Тттты всссегдддда хххорошшшо ббббегал, — говорит тварь, воздев клинок Косалла под тем же углом, что напряженный член. Она наклоняется ко мне так близко, что я ощущаю запах крови Гаррета и газа-антисептика: — В чччем дддело? Нннноги ппподводятттт?

Я пытаюсь вжаться поглубже в кресло, слабо булькая горлом.

Райте берет тварь за плечо.

— Пэллес Рил, — твердо напоминает он.

— Голодддд. Онна должнна… умереттть быссстттро?

— Да, — твердо отвечает Райте. — Быстро. Мгновенно. И точно так, как тебе наказано; иначе она без труда уничтожит тебя.

— Нннннн… Голодддд…

Голос твари переходит в механический рык, словно при работе турбины на холостом ходу.

— Да, пожалуй, — задумчиво замечает Райте, а потом бесцветные его глаза останавливаются на мне, и губы растягиваются в гримасе, которую он, должно быть, считает улыбкой. — И у меня найдется для тебя самая подходящая закуска.

Не знаю, как долго демон затаскивал меня на гору. Должно быть, несколько часов — бесконечный кошмар. Я болтаюсь лицом вниз на каменно-твердом плече, то приходя в себя, то вновь выключаясь от боли, изнеможения, невообразимой мигрени: из-за того, что приходится висеть вниз головой, в черепе словно шершни роятся. Все, что было в желудке, я выблевал давным-давно; теперь стоит мне очнуться, как меня начинают терзать сухие позывы, покуда в глазах не поплывет. Кашляю кровью.

И чертов меч все пытается выбить мне глаз. Где-то нашлись другие ножны для Косалла, и меч вместе с ними пристроили на спине демона. Я выкручиваю запястья под тонкой прочной лентой наручников, стянувших мне руки за спиной, но та режет плоть, и кровь стекает по локтям, по спине и шее и каплями падает с подбородка.

Если мне только удастся высвободить руку и дотянуться до рукояти Косалла…

Демон мерным шагом движется вверх. Его мертвые мышцы, питаемые вовсе не химическими реакциями, не знают усталости. Тварь не ищет легких путей — она обходит перевал стороной, взбираясь по крутому склону горы Резец, нечеловечески ловко, даже босиком и с одной лишь свободной рукой, пробираясь среди утесов.

Болтаясь на плече чучела, я вижу под собой почти все Кхрилово Седло. Гребень перевала превратился в крысиное гнездо железнодорожных веток, заплетающих голые костяки полуотстроенного депо; таможня отмечает номинальную границу между Забожьем и империей Анханы. Всюду шатры — от маленьких двухместных палаток до огромных: столовая, ангар из листового железа, настолько здоровый, что в нем можно было бы разобрать пару локомотивов, не перепутав детали, отхожие места, лавка компании и один бог ведает что еще.

Базовый лагерь компании «Поднебесье»: они прокладывают железнодорожную ветку по западному склону Седла. В Империю. Чертова железная дорога похожа на язык, пробующий Анхану на вкус.

Из-за холмов на востоке показывается краешек солнца, золотом обливая ресницы. Пожалуй, надеяться, что демон от первых лучей дневного свет вспыхнет огнем или еще что-нибудь в этом духе, слишком оптимистично.