— Странный он какой-то, — услышал я сбоку задумчивый голос шамана, — слышишь, Ур’такал? У самого спина едва зажила от милых развлечений наших кочевников, — продолжил шаман, услышав утверждающий рык орка, — а смотреть на пытки других, которые самому ничем не угрожают, он не может.
— Если бы не видел, как он сражается, — ответил ему орк, косясь на меня одним глазом, — даже разговаривать с ним бы не стал.
— О?! А это кто, интересно? — внезапно оживился старик, кивая направо. — Гости на празднике у кочевников — редкое зрелище.
Я повернулся туда, куда показывал шаман, и едва не открыл рот от удивления: в компании одного из устроителей торжеств к нашим клеткам подходил разодетый в дворянские одежды Костёл, его сопровождали Рон, Дарин и гномы из правления колхоза. Хозяин орка, угодливо улыбаясь, показывал рукой на клетки и что-то рассказывал. Когда они подошли ближе, я расслышал ответ Костёла.
— Хочу заключить с вами пари, уважаемый Радир, — произнёс он настолько надменным и уверенным тоном, что я от удивления едва не стукнулся лбом о прутья клетки.
— Какое же, господин барон? — заинтересовался кочевник, льстиво склонив голову.
— Даю тысячу на то, что третьим будет вон тот заморыш. — Костёл так небрежно махнул рукой в сторону моей клетки, как будто отмахнулся от мухи. — И две на то, что победит вон тот старик.
Кочевник перестал улыбаться и сначала недоумённо посмотрел в нашу сторону, а потом на управляющего.
— Если бы я не уважал гостя, я бы ничего не сказал, — осторожно подбирая слова, начал он, — но хотел бы заметить, что даже мы не знаем, кто из них сильнее — орк или шаман. А уж тем более я бы вам не советовал ставить такие деньги на слабого раба, которого притащило не самое наше лучшее племя, и то только чтобы не пропустить очередные игры.
Костёл надменно усмехнулся и ответил:
— Ценю ваше внимание, господин Радир, но я всё сказал.
— Всё же три тысячи серебра — это очень большие деньги, — улыбчивость кочевника как ветром сдуло.
Он выпрямился, расправил плечи и снова стал властным и опытным вождём племени, каким я его увидел в первый день игр.
— Золота. — Голос управляющего был тих и спокоен, но после его слов шаман справа меня закашлялся, а орк недоумённо хмыкнул.
— Золота? Три тысячи золотых? — ошарашенно произнёс кочевник, его взгляд перебегал то на лицо Костёла, то на наши клетки.
— Именно, господин Радир, — управляющий пожал плечами, — или вы думали, мои грамоты, подписанные самим королём, просто гора мусора?
— Нет, конечно, господин барон, — торопливо заверил его вождь, видимо, приняв решение, — к сожалению, у меня нет в наличии такой суммы, вы не против, если мы обсудим условия пари совместно с другими вождями?
— Как вам будет угодно. — За всё время разговора управляющий даже мельком на меня не взглянул, хотя гномы и Рон нет-нет, да и кидали на меня быстрые взгляды. Я был просто поражён его актёрским искусством. «Нужно будет поинтересоваться, где он набрался таких манер, — с завистью подумал я, наблюдая за Костёлом со стороны, — ведь, к своему стыду, на приёме у короля я выглядел полной деревенщиной по сравнению с остальными придворными».
— Думаю, пора лягушонку поделиться с нами, кто это и зачем они сюда прибыли, — неожиданно заметил орк, — и ещё мне интересно, откуда у них такое количество золота и как они ездят по степи с таким его количеством.
Я сначала хотел отнекиваться от знакомства с друзьями, но всё испортил шаман.
— Что-то мне подсказывает, что барон был не настоящим, — ехидно сказал он, — а настоящий барон протирает свою блестящую дворянскую задницу, сидя между нами, Ур’такал.
— Ого!!! — Орк даже подскочил от его слов и внимательно посмотрел на меня. — А что же тогда его люди просто так его не выкупили, а устроили представление?
— Выскажи незнакомые люди заинтересованность в конкретном рабе, — старикашка противно захихикал, тыкая в меня пальцем, — цена взлетела бы до небес, и не факт, что им дали бы уехать отсюда с таким количеством золота и рабом.
— Я и сейчас не понимаю, чего ради кочевникам выпускать их отсюда с золотом, — пожал плечами орк, снова присаживаясь на карачки. — Дубиной по голове — и никто не узнает о судьбе приезжих.
— Слышал же, толковали о каких-то бумагах, балбес, — хмыкнул шаман, — видимо, у нашей дворянской задницы есть подвязки в высшем свете какого-то королевства?
Я наконец не выдержал и вмешался в разговор, который они вели, как будто меня не было рядом:
— Ничего, что я к вам спиной сижу? — язвительно поинтересовался я у них.
— Чего это мы стали бы возражать? — удивился орк.
Пришлось мне рассказать им анекдот из своей старой жизни, перекроив его под местные реалии. Таксист превратился в конюха, женщины — в благородных дам, но анекдот не потерял и здесь своей актуальности, поскольку оба сразу въехали в его смысл.
— Ты с темы не уходи, лягушонок, — посмеиваясь, ответил орк. — Расскажешь нам о посетителях? Они вообще-то деньги немалые поставили и на тебя, и на нас.
— Не вижу смысла, — отрезал я, — если только вы не поможете нам и Загиял не победит в битвах.
