Размышляя над своим поведением, я дошёл до базара и краем глаза зацепил место, где сидела гадалка, её там сегодня не было. Я пошёл выяснять то, что мне требовалось, и через час составил представление о ранге капитанов и последних слухах. Оказалось, дела у эльфа последние два года и прям шли плоховато, так что хороший рейд потребовался бы, скорее всего, не один, а ещё, к моему сожалению, его слова подтвердились: водили к эльфам корабли только первые пять капитанов, ни у кого более не было туда прохода, и что ещё более печально для меня – ради одного человека такие путешествия не затевались. Только наличие значительного количества рабов или товаров могло их сподвигнуть на подобный рейс, а ярмарка рабов была всего месяц назад, и потребовалось бы чудо, чтобы какой-нибудь капитан согласился пойти к эльфам во второй раз.
Когда я вернулся в гостиницу, меня ждала записка с местом и временем встречи. Поскольку свои координаты я оставлял только одному человеку, помимо эльфов, то решил встретиться и уточнить цену, хотя я сегодня узнал, что никто не горит желанием снова появляться у эльфов и платить за приезд гигантскую пошлину, которую можно окупить только большим барышом, а его сейчас никто не мог предложить. Для меня превратить бруски дерева в золото не было большой проблемой, но кто помешал бы капитану, которому я заплачу такое богатство, сбросить меня в море на полпути и повернуть назад? Такой уверенности у меня не было, так что после этой встречи я хотел ещё походить по здешним портовым тавернам, а с завтрашнего дня поселиться ненадолго в Портсвене, чтобы убедиться в правдивости ходящих на базаре слухов.
Как я и думал, пришедший с лоцманом моряк был слишком жаден и голосист, чтобы походить на серьёзного человека, а уж после моего вопроса, кого из пяти капитанов Совета он представляет, если от их имени намерен доставить меня к эльфам, он и вовсе сдулся, быстро свернул разговор и исчез. Ребёнку стало бы понятно, что меня сейчас пытались весьма нагло развести на бабки. Можно было, конечно, напроситься на встречу с одним из пяти первых капитанов Совета, но опять же – не представлял я собой силу, способную справиться с целой командой, так что кто будет слушать простого человека, который свои богатства защищает в одиночку, без многочисленной, хорошо вооружённой свиты? Может быть, стоило взять с собой отряд гномов и наёмников с легендарным оружием, но сейчас реальность расставляла всё на свои места: мало того, что мы бы привлекли к себе излишнее внимание многочисленностью и разнообразием состава, но, как всем известно, гномы дальше своих гор носа не суют, а также если не брать в расчёт низкоросликов, а только человеческих наёмников, что помешало бы им убить меня на одном из привалов, ведь они не знали бы о том, что с собой у меня крайне мало монет, только на текущие расходы, а всё нужное мне серебро и золото я получаю у местных менял, продавая им драгоценные металлы, трансмутированные из подобранных палок или камней на дороге.
Когда я вернулся в гостиницу, то не смог миновать поджидавшую меня эльфийку, которую расстроил объявлением, что завтра съезжаю. Пришлось заверить её, что это на время и только для выполнения нужных планов, как только их завершу, то сразу же вернусь. Успокоив девушку, я отправился спать, намотав за день столько шагов, что завтра собирался купить лошадь, которую можно было иметь в столице приезжему, а экипажи можно было только арендовать. Видимо, так боролись за чистоту города, ведь я не видел на дорогах ни одной лошадиной лепёхи, всё контролировалось и вовремя убиралось самими владельцами экипажей или слугами знатных господ, имевших свои кареты.
Утром я попросил слугу найти экипаж, который отвезёт меня в Портсвен. Когда я позавтракал и собрал свои вещи, он ждал меня на улице. Обычная двуколка с кучером. Разместив вещи рядом с собой, мы тронулись в путь. Нужный мне город находился, по словам эльфийки, в десяти километрах отсюда, так что за дорогу я успел насмотреться на местную природу. Экваториальный климат давал о себе знать, Местная флора и фауна поражали воображение. Вдоль дороги стояли настоящие джунгли из зарослей деревьев и цветов, при этом многообразие звуков животных, которые слышались отовсюду, говорило, что безоружному туда лучше не соваться.
О том, что мы подъезжаем к городу, стало понятно задолго до появления первых домов. Сначала стало значительно меньше деревьев, потом и вовсе по обе стороны дороги виднелся только кустарник. Всё, что было выше двух метров, вырубили подчистую. Очень скоро появились небольшие плантации, на которых работали люди, одетые как попало, рядом с ними виднелись надсмотрщики, время от времени плётками ускоряющие трудовой процесс.
«Рабы», – догадался я, хотя в столице я их почти не замечал, там жили в основном вольные люди.
– Интересно, что здесь выращивают? – негромко поинтересовался я, но кучер меня услышал.
