Тем временем кольцо дыма с прицепившейся к нему Животрепетной Душой медленно поплыло между бочкой и вытяжным колпаком, и как только попала в облачко зеленоватого пара, клубящегося над Рассолом Забвения, Животрепетную Душу внезапно что-то начало тянуть вниз, в бочку. Животрепетная Душа отчаянно трепыхалась, повизгивая и суча ножками, но, видимо, притяжение оказалось слишком сильным, и душа, оторвавшись от кольца дыма, с визгом и громким всплеском упала в Рассол Забвения. Едва она в ней скрылась, в бочке раздался всплеск и адский хохот, и часть Рассола Забвения с шумом выплеснулась на пол.
Покончив с душонкой, Верховный Бог Опохмел клешней на хвосте схватил опохмеленную пустую оболочку, и небрежным жестом, не глядя, швырнул ее как отбросы своей драгоценной супруге. Помойя ловко сцапала оболочку своей акульей пастью на длинной змеиной шее, жадно, громко чавкая, прожевала и проглотила.
Молодые люди, замерев в дверях, с любопытством смотрели на это действо, повторяющееся вновь и вновь. Оказалось, что не все Животрепетные Души попадают в Рассол Забвения. Один раз Опохмел, поразмыслив после проглота души, довольно ухмыльнулся, и когда он выпустил колечко дыма, Животрепетная Душа, уцепившаяся за кольцо дыма, уже не имела темного пятна в животе. Напротив! В области пупка у нее что-то явственно светилось, словно лампочка, а на головке вместо ушей находилась пара сдвоенных крылышек, похожих на стрекозиные. Вероятно, это означало, что человек достиг Высшего Просвещения и Гармонии, а посему достоин причисления к лику блаженных. Впрочем, пустая оболочка тоже была с аппетитом сожрана Помойей.
Однако когда кольцо дыма проплывало между вытяжным колпаком и бочкой, просветленная душа начала усиленно трепыхать крылышками, благодаря чему смогла преодолеть притяжение Рассола Забвения, и вознеслась в вытяжной колпак, избежав падения в бочку с рассолом 2-го сорта. Через несколько секунд, когда душа, вероятно, достигла крыши помещения, из раструба донесся победный аккорд, напоминающий испускание газов слоном в зоопарке.
— Это че, все мы так будем тут? — с испугом спросила Маша, — может, пить перестать?
— Ага, как же! — обреченно сказал Вепрев, — Такова селяви!
Услышав этот разговор, Великий Бог Опохмел заинтересованно глянул в сторону сладкой парочки, и вдруг обратился к молодым людям хорошо поставленным бархатным баритоном:
— А нутте-ка, нутте-ка, эттта штой-то интересненькое ко мне подвалило, — и он поманил Шурика и Машу своим крючковатым пальцем, — а подите-ка сюда, голубки, ути-пути-пуси-пуси-пуси…
Тотчас же парой взмахов своего ужасающего хвоста он раздвинул толпу людишек, стоящих в очереди, и перед младыми людьми очистился проход к трону Великого Бога.
Молодые люди переглянулись.
— Пойдем, Саша, может, дорогу к Горынычу покажет, — нервно предложила Маша, слегка одуревшая от всего увиденного.
— Ладно, идем, — обреченно согласился Вепрев, и первым ступил на дорожку, ведущую к трону Великого Бога Опохмела.
Пройдя длинный коридор, очищенный от Оболочек, молодые люди с опаской приблизились поближе к твари на троне.
— Здравствуйте, — вежливо поприветствовал хозяина Вепрев, — мы тут это… мимо проходили…
В ответ Опохмел только весело заржал, сотрясаясь от хохота. Отсмеявшись, Великий Бог почесал спину клешней, налил полный стакан, размером с ведро, водкой из бутыли, и залпом опрокинул в пасть. Вслед за тем он, не глядя, схватил Животрепетную Душу первого попавшегося страдальца и миром отправил в свою бездонную пасть. Швырнув пустую оболочку своей напарнице, он рокочуще отрыгнул, и доброжелательно спросил пришельцев:
— А че надо-то?
— Нам бы кувшин отнести, вот… — Шурик показал хозяину Бездонный Сосуд, в котором тяжело плеснуло Время.
— Как же, как же… — понимающе кивая башкой, ответила тварь, — небось, племяшу моему, Педриле, опять понадобилось?
— Ага… — робко встряла в разговор Машка, — только там еще дракон был, ну, такой, с тремя головами…
Великого Бога Опохмела передернуло, как будто он вспомнил что-то крайне отвратительное, но он промолчал, только принялся задумчиво ковырять в огромных зубах клешней на своем хвосте, от чего по залу стал отчетливо разноситься скрежет. Так продолжалось пару минут — видимо, тварь размышляла.
— То-то я вижу, свежие людишки подходить почти перестали, — наконец изрек хозяин, вытащив хвост из своей крокодильей пасти, — вы там, чай, все Время выцедили?
— Ага, — виновато ответил Вепрев. — Но мы не зна…
— А-а-а-а-а… — протянул хозяин, — тогда понятно… — ну, да мне-то ваще по хуй, — равнодушно сообщил он, махнув рукой. — Уа-а-а ха-ха, — хозяин зала широко зевнул во всю крокодилью пасть, и радушным тоном предложил парочке:
— Выпить не желаете? Так сказать, за компашку?
