— Ага, — буркнул Шурик и поспешил исполнить приказание. Его обратное путешествие прошло без особых приключений и трудностей, если не считать того, что почти полная бутыль самогона так и норовила выскользнуть из рук. В пещере все осталось по-прежнему, только Семенов с Галиной уже пришли в себя и, озираясь, стояли на ногах, а Патлатый сидел на полу, обхватив голову руками, словно уже успел схлопотать от кого-то по морде. Поставив бутыль перед Мастером-Откатчиком, Вепрев благоразумно отошел в сторонку.
Новый же знакомый, едва завидев напиток, заметно оживился, цепко схватил принесенную емкость своими с виду слабыми лапками, и опрокинул в широкую пасть. Забулькав, прозрачная жидкость полилась в желудок Мастера, и вскоре бутыль опустела наполовину.
— Ээээ-х, харашэ пашлэ, — одобрил Слонопотам, утираясь, — не желаете освежиться?
Вепрев пожал плечами — пить ему не хотелось, да и надоели ему все эти приключения. Домой хотелось — и только. Вот там бы в своей родной пивной с приятелями, он бы расслабился. А здесь, где за каждым поворотом всякая фигня сидит. Нет уж, увольте!
— Я лучше потом, — неуверенно ответил он, — Ты, как, Маш?
— Ага, потом, — торопливо ответила Машка, и торопливо, словно боясь, что ее перебьют, задала свой вопрос, который уже долго мучил ее любопытство:
— А что вы делаете, ну, с яйцами, и ваще, в абортариях?
— Ну, я типа ваши ошибки исправляю, — пояснил Слонопотам, которого начало быстро развозить, — ну, вот скажем при вас еще одного урода откатил.
— А кто он был, урод-то этот? — настырно спросила Машка.
— Ну дык ясно кто, ето все жертвы аборта, тока оне ко мне и попадают, — охотно пояснил Мастер-Откатчик. — Вот, скам, етого выколупали на втором месяце у пацанки одной, в шестом классе понесла, ыыыыгыгыгыгыгыыгы, — весело заржал Слонопотам. — Ей прям в парадном, на подоконнике реально задвинули за банку пива. И сигарету. А на аборт ее мамка погнала. Оно конечно — случай экс…экс…термальный! ыгыгыгыгыгыгыгыгыгы.
— А потом что? — тупо спросил Вепрев, припоминая свои подвиги того же плана.
— А што потом? — удивился хозяин, — потом эти уроды мне на откат идут, прям из абортария. — А я их по новой кодирую, и в повторный, тык скыть, оборот пускаю.
— А зачем он нужен, ну, откат-то? — со жгучим любопытством в голосе спросила Машка, припомнив пару своих визитов то же заведение.
— Как это зачем? — удивился Слонопотам. — Нешто не знаете? — Машка торопливо затрясла головой, не сводя расширенных глаз с необычного собеседника.
Слонопотам покачал хоботом — видимо, таким образом он выражал удивление неосведомленностью Машки. Затем взял двумя руками полупустую бутыль и вопросительно посмотрел на молодых людей.
— Не желаете?
— Я желаю! — внезапно послышался визгливый голос доцента-животновода. С этими словами Семенов подскочил к Слонопотаму, вырвал из его рук бутыль, и, с трудом подняв, сделал два жадных глотка. Видимо, напиток оказался слишком крепким, и Семенов едва не задохнулся — во сяком случае, бутыль стала выпадать из его рук, и если бы Слонопотам не успел ловко подхватить ее, непременно упала бы на пол.
— Ты полегче, — предупредил Верховный Откатчик, — не один тут, — и зорко, с каким-то профессиональным интересом, посмотрев на несостоявшегося доктора наук, Слонопотам изрек:
— Да ты, я вижу, уже по пятому обороту в дело пошел?
— Это как это — по пятому? — взвился Семенов, — Пгастите, батенька, что вы себе позволяете!
— Да нешто вы все такие темные? — поразился Слонопотам.
— А вот взял бы, да пояснил людям, — донесся из дальнего угла сварливый голос Галины.
— Таинство Жизни скрыто от смертных, — заверещал из своего угла Патлатый, — ибо Истинно, Истинно базарю вам именем Папика моега… — тут раздался звук затрещины, и злой голос Галины произнес, почему-то с кавказским акцентом:
— Заткнись урод, да?
— Ладно, ты там полегче, — предупредил Слонопотам, — у этого пацана крыша знаешь какая?
— Да пошел он, — отмахнулась Галина, — чо ты там про пятый оборот говорил?
Слонопотам укоризненно покачал хоботом, затем взялся двумя руками за бутыль, парой глотков осушил остатки жидкости и крякнул.
— Короче, — заявил он, — как ежели кого абортируют, ну, плод-то, то чтоп не изводить даром работу, его перекодировать надо, штоп опять все было в лучшем …ииик, …ииик… виде. Вот тем и занимаюсь.
— Ааааа… — протянул Вепрев, и компания приумолкла, уныло оглядываясь по сторонам. Стало так тихо, что Шурику почудилось, что откуда-то сверху доносится негромкое жужжание.
— А вы, я вижу, домой нацелились? — внезапно спросил Слонопотам, — здря это, неча там делать.
— Это почему? — настороженно спросил Вепрев, мигом припомнив предупреждение Опохмела.
— Ну дык Время то все — у тобя, в кувшине, — Слонопотам своим хоботом указал на Бездонный Сосуд в руках Вепрева. — Вот все там и стоит, а как жа ишшо!
— А тогда откуда новые жертвы этого, как его, аборта, берутся? — спросила настырная Машка, которой не терпелось докопаться до сути, — Ну, вот когда мы у вас были, вы же там что-то делали…
