— У него вроде дальние родственники в Бурятии были. Квартира им досталась. Они какой-то хлам из неё выбросили, но ничего крупно-металлического там не было. Тряпки, старая мебель, всякий хлам…Квартиру поручили продать моим предкам, а сами укатили в свой Улан-Уде на буддистский праздник каких-то там огней! Так что ключ от квартиры у нас дома должен быть. Идём! Поищем! — по жизни стремительная Маша начала развивать спринтерскую скорость.
— Ты это серьёзно? — Шурик ещё не осознал всей непреклонности намерений подруги.
— Да! Ну, давай же, шустрее шевели ластами! Неужели тебе неинтересно всё это проверить? — Она потащила парня за руку к выходу, и тому ничего не оставалось, как последовать за ней.
Поднявшись на второй этаж, Машка осторожно открыла дверь, пропустила вперед Шурика потом также тихо вошла сама, стараясь не зашуметь.
— Тссс! — Приложила Маша палец к губам, — не разбуди предка, он с дежурства опять пьяный пришел, отсыпается!
— А мать где? — шепотом спросил Шурик.
— На базаре турецкими шмотками торгует, — также шепотом ответила Маша.
Родители Машки были по своему близки Шурику, поскольку тоже работали совсем не по своим специальностям. Отец в не столь далеком прошлом был классным инженером-конструктором, а мамаша трудилась учительницей физики в старших классах. Сама же Машка училась в педагогическом техникуме на учителя младших классов для умственно отсталых детей.
— В школах для дебилов и конкуренция меньше и платят больше, — наставительно ответила она Шурику, когда тот поинтересовался странным выбором специальности подруги.
Сейчас же Машка открыла трюмо в прихожей и пошарила на полочках, но ключей там не обнаружила. Затем, чуток поразмыслив, запустила руку во внутренний карман отцовской куртки и вытащила оттуда искомую связку. Знаком показав Шурику, что все в порядке, Маша показала ему на дверь, а когда Вепрев вышел, она на цыпочках выскользнула сама и заперла дверь
— А?! Кто там? — послышался за дверью пьяный рык Машкиного предка, — эт ты, Зинка? Водки принесла?
Зинкой или Зинаидой Петровной, была Машкина маман и постоянная собутыльница супруга. Поэтому Машка, чтобы избежать разборки с папенькой, торопливо схватила Вепрева за руку и потащила его на третий этаж. У двери в квартиру 43, в которой когда то и проживал Бусыгин, Шурик почувствовал легкое покалывание где-то внизу живота, что обычно бывало у него накануне неприятных приключений, вроде стычки с гопниками в темном переулке. Дверь была заперта всего на один английский замок. В принципе такую защиту можно было преодолеть, с разбегу влетев всем корпусом в дверной проем.
Квартира встретила непрошеных гостей абсолютно пустыми стенами. Лишь протертый и продавленный местами паркет указывал на то, что когда-то здесь стояла мебель, и кто-то ею пользовался. Зайдя в сортир, Шурик с некоторой надеждой заглянул в покрытый несколькими слоями облупившейся краски короб в углу. Но там были вполне ожидаемые водопроводные и канализационные трубы, а также деревянная швабра с накинутой на ней тряпкой. Походив вдоль стен и простучав их кулаками, молодые люди пришли к выводу, что никаких тайников с необычными техническими устройствами внутри эта квартиры нет.
Сплюнув на пол, Шурик вытащил из кармана уродливый ключ и подошел к окну, собираясь выкинуть его на улицу. Там, за окном, уже начинался обычный питерский вечер: нагоняющий суицидную тоску дождь молотил по грязным стеклам, ветер с моря завывал в щелястых рамах, и от невыносимой тоски этого зрелища хотелось одного — надраться водки и лечь спать в отключке.
— Погоди из окна бросаться, — ехидно произнесла за его спиной Машка, — он пишет, что собрал этот, как его, конвертор, в своем сарайчике в подвале. Пошли, посмотрим.
— Угу. А потом еще дачу поедем смотреть. Огород перекопаем, сортир на доски разберем.
— А как же! И в колодец, если надо будет, с фонариком спустимся, — Машка взъерошила шевелюру Шурика, — Не, ты чего разнылся? Портал не портал, но может Бусыгин там свои денежные заначки от жены прятал. А мне сейчас как раз кофточка финская очень нужна!
— Не было у него жены, скорее всего. Пошли уже отсюда.
— И у тебя не будет, если будешь так вечно с полдороги сворачивать.
По решительному Машкиному лицу Шурик понял, что сейчас может последовать длинный жизненный разговор, в котором ему предстоит выдерживать мощные атаки подруги и всячески увиливать от лобовых столкновений.
— Окей! В подвал, так в подвал! — как можно более воодушевленным тоном воскликнул Шурик и за руку вывел Машку из квартиры.
