Машка только сглотнула, переваривая информацию, затем спросила:
— Ну и че дальше?
— А дальше надо добираться до Интерфейса Богов, от него можно моментально куда хочешь добраться, — наставительно ответствовал гений-изобретатель, — Пошли за мной, я вас коротким путем проведу. Да, Сашок, ты по пути ключик выдерни, сгодится еще.
— Дедушка, а вот мы на карте надпись видели «Игольное ушко». Это что? — спросила Машка.
— А, это… ну, это путь в рай, там только человек вкрай правильный пройти сможет — сообщил старикашка, — меня вот не пропустят просто так — выхлоп не тот, кхе-кхе…
— А кто не пропустит? — вяло полюбопытствовал Вепрев.
— Стражники там стоят, с лошадиными мордами, — сообщил старикашка, — за версту перегар чуют.
— А зажрать не пробовал? — спросил Вепрев, — Вот, салол говорят некисло отбивает!
— Да нет, — неопределенно ответил старикашка, — я по другому заходил. Да только че мне в раю том делать? Там же тоска беспросветная, только и занятий — Папику жопу лизать.
— А может, зайдем, посмотгим, — внезапно вмешался до того молчавший Семенов. — Жутко интегесно! Может, я там и останусь если понгавится.
— Ладно, тогда пошли назад, — легко согласился старикашка, — это надо опять граммофон покрутить.
— Какой граммофон? — спросила Маша.
— Ну, вороток-то этот, — уточнил дедок. — В общем, пошли! Да! Ты ключ-то забери, Вепрев!
И старикашка, а за ним весь коллектив, двинулись обратно к выходу из пещеры Кайфолома. Вепрев, воровски оглянувшись, подскочил к ящичку, из которого все еще торчал ключ, сунул его в карман и побежал за кампанией. Великий Бог, увлеченный процессом изготовления Золотых Глюк-Фишек, ничего не заметил.
Молча прошагав короткий тоннель до Граммофона, путники вновь очутились в знакомом зале. Там немного постояли, осматриваясь, после чего старикашка предложил:
— Ну, впрягайтесь, молодежь! Крутите назад, против часовой, пока не скажу.
Шурик, Машка и парочка животрупов заняли места в вороте и принялись налегать на ручки. Немедленно картинки на стенах с шуршанием поползли назад, демонстрируя все те же пустынные места с редкими кустиками и уродами. Работа, впрочем, длилась недолго — уже на четвертом обороте старикашка махнул рукой и громко крикнул:
— Стоп машина!
Все мигом прекратили крутить ворот и уставились на экран в центре ворот. Там торчало мутное изображение портала, сильно смахивающее на узкое игольное ушко. Рядом стояла парочка стражей в железных шапках и с лошадиными мордами. В руках эти лошары держали огромные бердыши.
— Ну, пошли! — предложил старикашка, — кстати, заодно и пожрать добудем!
Коллектив дружно потянулся вслед за старикашкой к вратам, и уже без опасений все прошли сквозь картинку. Перед ними открылся отстойный пейзаж — голая земля с чахлыми кустиками, среди которых паслись двугорбые верблюды, да какой-то круглый шалман, на котором красовалась кривая вывеска с надписью «Ара, захады, да!». Неподалеку справа высилась высокая и узкая арка портала, и в самом деле похожая на огромное игольное ушко, возле которого уныло переминалась с ноги на ногу парочка мужиков с лошадиными мордами и бердышами в руках.
— Щас зайдем к Ахмету, жратвы и бухла закупим, — сообщил старикашка, и во главе коллектива зашагал к шалману. По хозяйски распахнув дверь, Бусыгин вошел внутрь и уверенно подошел к длинному прилавку, заваленному разнообразной снедью, за которым высились полки с водкой и пивом. Посреди прилавка стоял восточный человек в папахе, вероятно, это и был сам Ахмет.
— Зидиравствуй, дарагой, захади, гостем будишь, — забухтел восточный человек, — у меня все есть! — с гордостью сообщил он, указывая на прилавок, — ну, вот все, чито хочишь, мамой килянусь! А тибе чито нужна, дарагой?
— Ну, как что? — недоуменно пожал плечами старикашка, — Водки! Ну, и зажрать чем!
— Айн момент! — мигом отозвался Ахмет, и на прилавке перед компанией вмиг выстроилась батарея поллитровок с водкой и горка банок с бычками в томате.
— Вот, плис! — радушно сообщил Ахмет, — чем пилатить будишь, дарагой?
— Фьючерсами! — сообщил Бусыгин, — щас в рай заедем, вынесу тебе пару доз амброзии.
— Вах, дарагой, — запричитал Ахмет, — да кто же тибя типерь в рай-то пустит? Ты же там так засвэтился, чито висе гурии понэсли! Неэкому, панымаишь, гироев абслуживать!
— Не робей, Ахметушка, прорвемся, — уверенно заявил гениальный инженер Бусыгин, — кстати, там, снаружи, чьи верблюды пасутся?
— Э! — пренебрежительно махнул рукой Ахмет, — дикие они. Можишь сибе забрать!
— Это хорошо, — ответил дедуля, складывая принесенный товар в мешок, неведомо как оказавшейся в его кармане. — Жди меня и я вернусь! Только о-о-чень жди! Пошли, молодые люди.
И компания вышла из шалмана, волоча за собой позвякивающий мешок с водкой. Не останавливаясь, старикашка пошел прямо к пасущимся верблюдам и, схватив на уши парочку скотинок поздоровее, заставил их опуститься на колени.
— Залезай, братва! — гаркнул он сотоварищам, — поехали в рай!
— Какой еще рай? — тупо спросил Вепрев.
— В тот самый, — ответил старикашка, — залезайте! А мешок здесь оставьте, не украдут.
