В книгу входят две повести: «Невская легенда» и «Орешек». Первая из них — о Северной войне, которая дала России выход к морю, вторая посвящена героической обороне Шлиссельбургской крепости в годы Великой Отечественной войны.
К этой книге я шел много лет. Можно назвать даже день, когда возник ее замысел.
Это был морозный январский день 1943 года. Войска Шестьдесят седьмой армии ринулись через заснеженную Неву к гитлеровским позициям. Начались бои на прорыв блокады Ленинграда.
Вот тут-то я и увидел нечто такое, что врезалось в память на всю жизнь. Старинная Шлиссельбургская крепость вела артиллерийский и пулеметный огонь по врагу. Ее амбразуры, давно уже не знавшие боевого огня, освещались багровыми орудийными вспышками.
И тогда в сознании с поразительной отчетливостью встали рядом советский солдат в дубленом полушубке и петровский гвардеец в суконном зеленом бостроге, с тяжелым мушкетом в руках. И в гул войны Великой Отечественной вдруг вплелась мортирная канонада иной войны, Великой Северной, отгремевшей давным-давно.
Между ними пролегло без малого два с половиной века. Одна из них вывела Россию к морю, а в другой решалось, быть или не быть нам на земле.
В этой книге — две повести о пяди родной земли. Речь идет именно о пяди, о крохотном островке на Ладожском озере, в невском истоке. Островок этот в несколько минут пройдешь от берега до берега. Но какие большие пути скрестились над ним!
Каждая из этих повестей имеет свою историю. Материалы для «Невской легенды» начали собираться после Отечественной войны. «Марсова книга», воинские дневные заметки и рапорты, походные журналы, фотокопии собственноручных записей Петра I. Все было очень важно, значимо. Но пока еще никак не вязалось, не складывалось. До такой степени, что пришлось оставить работу.
Через несколько лет я повстречался на Ладоге с удивительными людьми, местными старожилами. В их числе были старый водник, впоследствии председатель городского Совета Петрокрепости (Шлиссельбурга), А. А. Гормин и учительница из поселка Морозово В. Н. Осипова. Я познакомился со многими другими ладожанами. Они рассказывали бывальщины, старинные легенды, простые истории о событиях близких дней. Это было захватывающе интересно, а главное, согрето огромной любовью к своему краю.
И тогда произошло необычное. Словно волшебная палочка прикоснулась к моим бесчисленным тетрадям. Все ожило, как бы наполнилось дыханием, стало на свои места.
Повесть «Орешек» складывалась иначе. Во время Великой Отечественной войны и после нее довольно много писалось в газетах и журналах о морской артиллерийской батарее, находившейся на шлиссельбургском острове. Батарейцы воевали превосходно и вполне заслужили добрую славу. Но по необъяснимой случайности оказался совершенно забытым подвиг стрелкового батальона, державшего оборону крепости, хотя он-то и составлял основную часть островного гарнизона.
Газета ленинградской молодежи — «Смена» — в 1958 году начала поиск. Длился он долго. Было найдено двадцать солдат, защитников Шлиссельбургской крепости[1]. То, что они рассказали, легло в основу повести «Орешек».
В обеих повестях, вошедших в эту книгу, описаны действительные события. В «Орешке» некоторые фамилии изменены. Само собою разумеется, что тема этой работой ни в какой мере не исчерпана. Здесь нет полной картины обороны Шлиссельбургской крепости. Цель книги весьма скромная — рассказать о некоторых судьбах и фактах из истории земли питерской, ленинградской. Рассказать молодому читателю о том, что такое пядь родной земли в ее сути, величавой, трагической, горестной и прекрасной.
«Невская легенда» и «Орешек» — повести во многом разные. Они отличаются языковым материалом: не одинаков строй речи двух эпох. Неизбежно отличаются они и масштабом событий: в петровское время Орешек был одной из сильнейших европейских крепостей, ее взятие имело государственное значение. Ныне — это только музей, а в 1941–1943 годах здесь проходил всего лишь небольшой (батальонный) участок Ленинградского фронта. Но и само это различие подчеркивает внутреннюю общность боевой героики. Воевали с врагом русские солдаты. У них одинаковая верность Отчизне. Верность превыше жизни.
Два с половиной столетия — срок немалый. Но в подвиге двадцатого века сильно и ясно отозвался подвиг восемнадцатого. Разное время, а подвиг единый. Народный подвиг.
Долог путь к Орешку. Не скор и тяжек. Но пройти его надо, чего бы то ни стоило…
Всю ночь повозка Сергея Леонтьевича Бухвостова пробиралась сквозь Хотиловские леса. Родион подремывал на козлах. Васенка смотрела на черные, будто нехотя расступающиеся деревья. Она придумывала сказку. В сказке жили злые палачи — кнутобойцы. Они протягивали к Васенке лапы, норовили побольнее хлестнуть. За шумом деревьев слышны были их настигающие голоса.
Но что это? Мелькнул огонек и погас. Снова мелькнул, но в другом месте. Огонек не один, вот еще и еще…
Васенка закрыла глаза ладонью. Потом глянула в щелку меж пальцами. Огоньки были не в сказке. Они и взаправду светились. Девочка растолкала Бухвостова:
