– А ты не думаешь, что этот Нино очень изящно подкинул нам еще одного подозреваемого? – спросил он у Франсуа.
– Я думаю, что у Нино, конечно же, был мотив избавиться от Анжело, но уж точно не от Ксавье Седу, – помедлив, ответил Франсуа. Со смертью продюсера у группы начнется огромное количество проблем. Совершенно непонятно, что с этой четверкой теперь будет. А вот тот факт, что Седу мешал Наоми жить нормальной жизнью со своим любимым человеком, да еще и лишал их огромного количества заработанных Анжело денег, – это неоспоримо. В этом случае налицо мотив.
В кармане Баселя затрезвонил мобильный. Франсуа подождал, пока тот ответит, надеясь, что пришла наконец информация по одному из запросов, и не ошибся.
– Сесиль Бенуа, известная ранее под кличкой Зизи, поклонница Ангела, угрожавшая Седу, возраст – двадцать три года, проживает в тринадцатом округе, – отрапортовал Басель, выслушав информацию по телефону, и, достав блокнот, облокотился на капот «Ситроена», записывая адрес. Франсуа застонал, открывая дверцу машины.
– Конец дня, самые пробки. Мы туда к ночи доберемся. Ладно, садись. Поехали, – скомандовал он напарнику.
Почти час с лишним Франсуа, переругиваясь вполголоса с навигатором, продвигался в том же направлении, что и весь Париж, закончивший рабочий день и пробирающийся к заветному дивану, пиву в холодильнике и телевизору. Франсуа прикинул в уме, как долго работает без выходных, и устало отмел эту мысль. Даже если бы его силком сейчас затащили в любимое кресло, он не усидел бы на нем и пяти минут, так сильно гнало его вперед чувство, которое он сам себе не мог объяснить и которому не было названия. Нет, он совсем не считал себя обязанным перед Анжело Бертолини. Но обращенная к нему фраза: «Вы ведь во всем разберетесь?» – повисла в воздухе против всех законов и беспокоила Франсуа, как не срезанная с новой одежды этикетка, которая царапает обнаженную кожу не так сильно, чтобы обратить на нее внимание, но к концу дня выматывает так, что хочется орать. Естественно, он ничего не обещал Анжело, но вместе с тем физически чувствовал, что только на его помощь может рассчитывать этот странный, размалеванный косметикой и живущий своей музыкой человек. Поэтому, если бы Франсуа попросили объяснить, какого черта он делает, он бы не смог. Он старался не думать об этом и не копаться в себе, рискуя дойти до того темного и страшного, что заросло пылью многих лет и давало о себе знать лишь изредка в ночных кошмарах. Но он четко знал, если не сделает то, что от него ждут, совершит ту же ошибку, что и много лет назад. Ошибку, которая стоила Франсуа покоя до скончания лет.
Басель воспользовался представившимся ему временем с пользой и сладко спал, развалившись на пассажирском сиденье, раздражая Франсуа своим храпом еще больше. За окном элегантные бульвары сменились строениями попроще, и наконец вдоль дороги серой лентой потянулись многоквартирные дома – безликие и похожие один на другой – ашелемы, иначе говоря, социальное жилье. В одном из таких домов и проживала девушка, поклявшаяся убить Ксавье Седу несколько лет назад. Франсуа припарковал «Ситроен», сверился с адресом и растолкал напарника. Басель сладко потянулся и тут же уперся головой в крышу салона.
– Купи машину побольше, – посоветовал он Франсуа.
– Сам себе купи машину, – огрызнулся тот и осмотрелся. Потом проверил, закрыта ли дверца. В районах, вроде этого, небезопасно оставлять свои вещи без присмотра. – Или пешком ходи.
Первым, что они увидели, едва открылась старенькая хлипкая дверь, был живот. Большой, круглый, с торчащим наружу пупком. Держась за поясницу, перед ними предстала невысокая миловидная особа. Она была стройной, хорошенькой, и создавалось такое ощущение, что живот ей дали взаймы – поносить немного. Очевидно было, что его обладательница готова отправиться в роддом если не сию минуту, то уж в ближайшие пару дней точно. За женщиной, ухватившись для верности за мамину коленку, стоял карапуз. Вероятно, навыки держаться вертикально пацан приобрел совсем недавно и теперь спешил продемонстрировать этот талант как можно большему количеству зрителей. Франсуа замешкался. Фотография в материалах дела была мало похожа на это воплощение плодородия в дверном проеме.
– Добрый вечер, мадам, – вежливо поздоровался он, доставая из нагрудного кармана удостоверение, – мы из полиции. Майор Франсуа Морель и лейтенант Басель Ромм. – Басель проделал тот же машинальный жест с удостоверением. – Мы разыскиваем Сесиль Бенуа.
Хозяйка на сносях удивленно посмотрела на них. Малыш все же не удержался на своих неокрепших конечностях и бухнулся на пятую точку, тут же разревевшись от несовершенства бытия. Женщина привычным жестом подхватила чадо на руки и ткнулась губами ему в макушку.
