— Ну, если вам известно про семь чакр, может быть, вы знаете, что в индийской классической музыке, описание которой можно найти в «Упанишадах», имеется семь нот — Са, Ре, Га, Ма, Па, Дха и Ни. Они в какой-то мере соответствуют западным нотам До, Ре, Ми, Фа, Соль, Ля и Си. А вот уже моя личная гипотеза — семь нот находятся в соответствии с семью чакрами. Чакра активируется, когда ее частота совпадает с частотой соответствующей ей ноты.
— Да, в принципе возможно. Но когда меня учили медитировать, никто не говорил про звуки Са, Ре, Га, Ма, Па, Дха и Ни. Мы всегда сосредотачивались на звук ОМ, — сказала Прия.
— Вот и подумайте, Прия! — взволнованно сказал Шайни. — Семь разноцветных лучей соединяются и порождают один универсальный белый луч. А если соединить эти семь нот, какой звук можно получить? Универсальный звук ОМ! ВЫ не понимали, когда медитировали на звук ОМ, что он является универсальным звуком из-за того, что состоит из семи нот, необходимых для активации семи чакр!
— Но какое отношение все это имеет к ядерной энергии?
— Самое прямое! Современные ученые считают, что существует семь основных видов энергии — механическая, тепловая, химическая, световая, электрическая, звуковая и ядерная. Я убежден, что йоги в старину знали об этом. Предстоит еще разобраться, как и откуда они получили эти знания, но они были у них. Совпадение или нет — почитаемая древними людьми река Сарасвати является частью Саптасиндху, Семиречья. Вся мудрость вед пришла к людям от Саптариши, семи великих мудрецов. Даже Дварака была олицетворением Саптадвипы, семи мифологических материков. Ведический календарь основывается на семидневной фазе Луны.
— Мне понятна ваша точка зрения, но я все еще не вижу ответа на вопрос о ядерной энергии, — заметила Прия.
— Представьте себе, что древние ученые нашли способ объединять энергию, полученную из разных источников. Что, если медитация, которой они предавались на берегах Сарасвати, была древней техникой концентрации нескольких видов энергии в одну? — спросил Шайни.
Прия задумалась над его словами. Шайни же тем временем продолжал.
— Если голос оперного певца может разбить стеклянный стакан, то почему-бы не согласиться с тем, что звуковая энергия может перемещать массивные камни, необходимые для постройки таких сооружений, как Стоунхендж или пирамиды Гизы? И если древнеиндийские мудрецы имели такую возможность, то можно признать за ними и умение вызывать взрывы огромной разрушительной силы.
Шайни провел рукой по волосам и глубоко вздохнул.
— Мы забыли, что в ведийский период нашей истории люди обладали поразительными знаниями, — продолжил он. — Например, детям в школе преподают, что расстояние между Солнцем и Землей сто сорок девять миллионов километров, и что скорость света равняется без малого трёмстам тысячам километров в секунду. Но вот что удивительно, индийский ученый Саяна, живший в четырнадцатом веке, в своем комментарии к гимну «Ригведы» писал: «С глубоким почтением склоняюсь я пред Солнцем, которое проходит две тысячи двести и две йоджаны за половину нимешы». Если вы не знаете, йоджана — это примерно пятнадцать километров, а нимеша — 16/75 секунды. Эти числа нетрудно пересчитать и сделать вывод, что Саяна просто на просто говорит, что солнечный свет движется со скоростью триста тысяч километров в секунду.
— И древние риши узнали об этом без применения всяких научных инструментов? Очень интересно! — проговорила Прия.
Сразу же после смерти Камсы мы с Баларамой бросились в тюрьму, где томились наши родители — Васудева и деваки. Мы освободили их, припали к их ногам и попросили благословения. Затем мы отправились в темницу, где находился Уграсена, прежний правитель Матхуры. Он очень обрадовался, увидев нас. Мы также испросили у него благословения, а затем привели в зал собрания и усадили на его законное место. Ядавы признали меня своим вождем. После этого я прошел обучение у мудреца Сандипани и стал править ядавами. К сожалению, случилось так, что один ядава по имена Прасена, владевший чудесным камнем Сьямантака, был убит на охоте, а знаменитый камень пропал без вести. Тут все вспомнили про то, как я воровал масло и обвинили меня в краже камня.
Грузовик ехал по шоссе, связывающему Гуджарат с Раджастханом. Веселый водитель Джасприт Сингх без умолку рассказывал одну историю за другой, не давая пассажиру вставить ни слова.
Таарак Вакил молча взирал на однообразную дорогу, с обеих сторон окружённую бесконечным лесом. Все, что он хотел — поскорее добраться до железнодорожной станции Абу, а уже оттуда — до Фалны. Ритмичный звук двигателя и неизменный ландшафт клонили его в сон. В голову Таарака проникли воспоминания из детства. Он игнорировал то, что вещал ему водитель, который даже не замечал невнимательность пассажира. Таарак расслабился и отпустил разум блуждать по закоулкам памяти.
— Все ли выполнили домашнее задание? — спросил господин Капур. — Я буду называть ваши имена, а вы подтверждайте, что сдали задание.
— Сашин Мишра? — позвал господин Капур.
— Да, сэр! Я сдал.
— Усман Шейх?
— Да, сэр, сдал!
