…две комнатки, дымный вид в одном окне, кирпичная стена в другом, крохотная кухня, башмачной формы ванна, в которой я чувствовал себя Маратом, даром что не было белошеей девочки, чтобы меня заколоть [с. 53].
Если бы Гумберт сумел внутренним взором проницать “дымный” (
Я уже говорил, что большинство литературных аллюзий не являются контекстуальными. Но есть и случаи, когда требуется знать контекст цитируемого источника, имя или тематический план. К примеру, в начале главы 14, части II, Гумберт сообщает, что позволил Лолите два раза в неделю “брать уроки рояля с мисс Ламперер (как мы, знатоки Флобера, можем ее для удобства назвать)”, но в самом конце мая…
…зазвонил телефон в кабинете, где я кончал подчищать королевский фланг Гастона, и голос мисс Ламперер спросил, приедет ли моя Эмма – то бишь Лолита[60] – в следующий вторник: она пропустила два урока подряд – в прошлый вторник и нынче [c. 338].
Чуть позже Гумберт допрашивает Лолиту:
Когда я заявил ей о своем открытии, она осталась до странности безмятежной и только сказала d’un petit air faussement contrit[61], что она, конечно, очень скверная девочка, но было просто невозможно противиться соблазну… [c. 339]
И она потратила эти часы на то, чтобы разучивать с Моной “волшебно-лесные сцены пьесы”, которую ставят воспитанницы колледжа Бердслея. Позже выяснится (цепочка улик подробно рассматривается в следующей главе), что на самом деле она провела это время со своим новым любовником Клэром Куильти. Весь эпизод – прямая параллель сцене из жизни флоберовской госпожи Бовари (часть III, глава 5). Добившись от мужа позволения брать по четвергам уроки фортепиано, Эмма вместо этого укрепляет любовную связь с Леоном (на большой кровати красного дерева в виде челнока). Все шло как по маслу, и:
…Эмма была спокойна до тех пор, пока однажды вечером муж не спросил ее:
– Ведь ты берешь уроки музыки у мадемуазель Лампрер?
– Да.
– Ну так вот, – продолжал Шарль, – я только что встретился с ней у госпожи Льежар. Заговорил о тебе, а она тебя не знает.
Это было как удар грома среди ясного неба. И все же Эмма самым естественным тоном ответила:
– Она просто забыла мою фамилию[62].
Шарль высказывает предположение, что в Руане есть несколько учительниц музыки по фамилии Лампрер. Эмма с этим соглашается. Затем вспоминает, что у нее есть расписки музыкантши, но не может их найти; и только в следующую пятницу Шарль обнаруживает у себя в сапоге любопытный документ:
Получено за три месяца обучения и за всякого рода покупки шестьдесят пять франков.
Преподавательница музыки
