— А это знать нельзя, можно только пережить. Спасибо, Карлушке, что помог тебя доставить куда надо, ну и девицу подальше от тебя сплавил. И вашим забава лишняя, и нам спокойнее, да и она поняла, что ей нужно. Я Карлушку-то у этих иродов выкрал, когда он только народился, намучился с ним, но спас. Он же безобидный, они этими экспериментами столько людей замучили. А стольких демонами сделали. Страшно.
— А попроще-то нельзя было? — часто дыша, спросил Игорь.
— Это как? Чтоб я к тебе года два назад пришёл и сказал, ну что, майор Лашников, дух твой должен переселиться в моё тело и станешь ты Старейшиной рода? — закашлялся дед Андрей. — Ты ж помнишь. Как я тебе сказал, мол, будешь на моём месте — поймёшь. Вот и пришла пора.
— Ну да.
— Даже если бы сейчас я тебе такое сказал, ты бы, конечно, меня уже выслушал, а не просто в вытрезвитель сдал, но всей сути всё равно не понял бы. Ты ж, Игорёк, потерянный потому, что душа твоя всегда знала, каким путём пойдёт, а голова не знала.
— А почему так? Почему именно это тело? — спросил Игорь.
— Заговорённое оно, что-то типа тотема рода. Здесь всё наоборот, тело бессмертное, а дух, который вселяется, конечен.
— Как это будет?
— Ну больно, конечно, — дед Андрей вздохнул, — А так ничего, справишься. Пипирка правда через раз работать будет, да ещё газы не вовремя, ну ничего, привыкнешь.
— Спасибо за краткий инструктаж пользования, — бесцветным голосом проговорил Игорь.
— Столько лет народ резали, почём зря, и всё потому, что Сталичкин нашу тайну с одним из мирных обозов украл. Но мы всегда знали, что придёт избавление.
— Мне кажется, Малинин должен знать.
— Ох, Игорёк, сам-то подумай. Малинину ещё рано такие взрослые вещи знать, не поймёт, не примет, а душа надломится и кровоточить будет, тянуть. Иди, сынок, иди. Мне недолго осталось, а ты до этого момента должен добраться до вершины. Без Старейшины рода оставаться нельзя. Может быть, когда-то мы дождёмся светлого времени, и тогда ямы смогут снова жить и творить свои чудеса. Иди. Главное, что гниль всю выкорчевали. Я чувствую, что вокруг чисто.
Сидя в зале под ярким и горячим светом софитов, Малинин чувствовал себя крайне неуютно, свет больно бил в глаза, галстук стискивал шею, а щёлкающие камеры просто раздражали.
— Егор Николаевич, как же так произошло, что небольшой городок просто оказался во власти какой-то секты.
— Ну не весь городок, — резонно заметил Малинин. — К сожалению, могу сказать, что на многие высокие посты в этом городе были поставлены люди, которые вместе с основной фигуранткой дела строили здесь какую-то колдовскую деревню. Они хотели превратить Карельск в некое подобие места, куда будут съезжаться поклонники мистики со всех концов света, и где столпом поклонения являлась бы Кутейкина гора. Да, для этого привлекалось огромное количество инвесторов, среди них были ярые поклонники оккультизма и расчётливые бизнесмены. На местном законодательном уровне были сделаны крайне благоприятные условия для вхождения нового бизнеса, широко привлекались разнообразные блогеры и люди, которые имеют вес в медиасфере, — обтекаемо проговорил Малинин. — Я не могу сейчас раскрывать все детали, следствие ещё не закончено, но сразу могу сказать, что главные фигуранты арестованы.
— А климатическая установка, которая наделал столько бед. Разве такое возможно?
— Как оказалось, да. Но пока это тоже информация не для распространения.
Малинин и сам не знал, нашли ли эту чёртову установку, потому что как только они арестовали Юлю и Асю, их мягко, но настойчиво отстранила от дела команда Никоновой, все бумаги засекретили, а с каждого члена команды взяли подписку о неразглашении.
Сойдя с подиума, Малинин зло сорвал галстук, увидел спешащую ему навстречу Елену и, быстро увернувшись от хищного поцелуя, посмотрел на неё:
— Ну всё? Я как мартышка отработал? Хочу теперь пообщаться с командой. Можно?
— Нужно. Вы большие молодцы. Мои уже всех трясут, столько голов сейчас полетит, даже в Москве будет знатный звездопад, — Елена остановила Егор и, посмотрев ему в глаза, прошептала: — Через три дня вылет. Белый песок, лазурные воды, маленькое бунгало и только мы. Как тебе план?
— Фиговый. Особенно меня беспокоит ваше психическое здоровье, раз вы о себе говорите во множественном числе.
— Милый, неужели ты думаешь, что я пошутила? Ты, кстати, давно Дениса видел?
— Не нужно мне лишний раз напоминать, что вы его сестру мастерски перехватили, когда её вывезти пытались. Ты же на живца там ещё одну цепочку арестовала, чего ты прибедняешься.
— Он в СИЗО, — медленно нараспев произнесла Елена. — И тебе решать, куда он поедет оттуда. Домой или дальше по этапу. А сейчас иди, празднуйте победу.
Малинин смотрел, как Елена крейсером входит в толпу журналистов, как заправски отвечает на вопросы, как щедро раздаёт интервью и не стесняясь кутается в чужую вуаль славы.
Егор выдохнул, написал несколько сообщений и пошёл к машине.
Наконец, собрав всех вместе, Малинин сел за стол и, немного помолчав, поднял голову и обвёл собравшихся людей взглядом:
