— Ты дура, — просто сказал Малинин. — Но мне кажется, я тебя люблю.
Соня ничего не ответила, только долго смотрела на Егора, потом обвила его шею руками и, прижавшись к нему, закрыла глаза. Сердце её расслабилось, гнетущая любовная тоска испарилась и, несмотря на пережитое, Соне стало хорошо.
— Егор, — она легко отстранилась от него, — сестра Нерея, это Юля.
— Жена его, что ли? — Малинин тупо посмотрел на девушку. — Издеваешься?
— Нет. Юля, жена Красуцкого, которую он якобы убил. Я читала отчёты и сравнила татуировки. У той женщины, что нашлась в особняке, татуировка нанесена неправильно. А вот у Юли была верная татуировка. В деле есть её фотография и там видно.
— По-моему, мне тогда Данила пытался это сказать. То есть ты хочешь сказать, что всё это время Юля была жива? И она именно то зло, которое всю эту фигню творит?
— Скорее всего. Я провела параллели, в штабе мои записи.
— Час от часу не легче, — как-то растерянно сказал Малинин. — Ладно, поехали обратно в наш офис, дела ещё не доделаны. Точнее, ты с Мамыкиным обратно, а я с группой захвата к секретарше.
— Будь осторожен, — прошептала Соня Малинину на ухо и с трудом отпустила его.
Елена Алексеевна взглянула на подошедшую Стефани, жестом пригласила присесть напротив и несколько секунд молча рассматривала её.
— Вина, коньяка? Или виски, как я? — спросила Никонова, показывая на свой бокал, где в янтаре напитка плавился лёд.
— Нет, спасибо.
— Зря, односолодовый виски пробуждает, даёт гармонию настроению. Я фанатка этого напитка.
— Странно, — Стеф пожала плечами, — наверное, тогда бы вы знали, что добавлять лёд в виски — моветон. Так вы запечатываете вкус. Лучше уж тогда родниковую воду.
— Стефани, я много знаю, но устанавливаю свои правила и делаю всё сообразно тому, как считаю единственно верным, — Елена помолчала и добавила: — Никогда не пойму, что заставляет такого богатого и известного человека, как вы, купаться в этом океане трупов, крови, насилия и боли. Ищете сюжеты?
— Нет, — спокойно ответила Стеф. — Зачем вы меня пригласили?
— Стефани, — Елена пригубила виски из бокала, стоящего на низком столике подле неё, — я почти наверняка знаю, кто кукловод, дёргающий за ниточки, открывающие перед вами все двери. И я могу начать копать дальше или остановится и забыть про человека, который гарантированно потеряет место, если я ещё потрачу своё время на его окончательное вычисление.
— Вы хотите меня запугать?
— Ни в коем случае. Я просто хочу предупредить, что это Малинину вы можете пудрить мозг рассказками, что у вас надёжная крыша, дающая право беспардонно лезть в расследование. Но со мной такой номер не пройдёт. Вам здесь больше нечего ловить. Материалы этого дела закрыты и засекречены, если они где-то всплывут, то я гарантирую вам громкое разбирательство с упоминанием, что вы участвовали в хищении секретных данных.
— Без нашего участия не было бы раскрыто и половины…
Елена подняла руки, молча перебив собеседницу, и проговорила:
— Никто не умаляет ваших заслуг. Но если бы вы, используя свои связи, занимались не только мистической стороной вопроса, безусловно, очень выгодной вам, то дело пошло бы гораздо быстрее, — Елена слегка улыбнулась. — Стефани, на данный момент я сделала больше, чем вы. Вы реально могли спокойно смотреть, как девушки исчезают?
— Я вас не понимаю.
— В отчётах есть записи о том, как вы спасали Малинина, который, как всегда, попёрся один на операцию, прихватив с собой только барышню Соню. Пока все там скакали, изображая героев, девушек вывезли. Мы нашли канал, через который их отправляли за границу, но тех, кого переправили тогда, след уже затерялся.
— Елена Алексеевна, а что же вы не нашли их раньше? Ну до того момента, пока мы изображали героев.
— Вы не консультант МАБОРП, вы их полноправный сотрудник. И я это прекрасно знаю, но вы действовали не профессионально, — проигнорировав вопрос, сказала Елена.
— Что, так хочется меня подвинуть и собрать все лавры? — устало улыбнулась Стеф. — Я и так уступлю, у меня уже перебор с лаврами, а у вас до сих пор ещё не было ни одного серьёзного дела. Вы всегда приезжаете подчищать. Поэтому у меня только один вопрос, и я уеду. Вы профессора нашли?
— Да, — с лица Никоновой сошло всё веселье, она гневно дёрнула губой, но вскоре смогла взять себя в руки. — Он приедет ближе к вечеру.
— Вот и отлично. А то мне и правда пора.
— Постойте, — Елена выдохнула и взглянула на Стеф. — Почему вы не сказали команде, что легенды или мифа про пятнадцать дев нет? Это же вы ловили ритуального маньяка, который себя так называл. Зачем вы приплели сюда этот бред?
— Я его ещё не поймала. И всё было очень похоже. А приплела, как вы изволили выразиться, не я. Этот ублюдок создал о себе миф, он просто наводнил этой сказкой всё сетевое пространство, причём вливал постепенно, чтобы это обросло слухами. И кстати, я не удивлюсь, если он приложил к кому-то здесь руку. На фоне того, что нам удалось узнать из признаний Аси, это не выглядит таким уж нереальным.
