- Да никакого не дупо. В любом хумансе есть возможность на краткое время усилиться, стать крепче, не чувствовать боли, бить больнее, страха не ведать. Гивинги для этой цели мухоморы жрут, становятся берсерками. А есть еще и такая очень старая магия, которая тот же эффект вызывает — называется по-разному, кто-то приписывает ее древнему архимагу Грейхока Тензеру, кто-то доказывает, что он все спер, списал у какого ни на есть Пупкинда, как правило близкого родственника доказующего, но суть одна — если такое заклинание наложить на человека, то боевые его способности сильно вырастут. Длится оно сколько длится, потом спадает, хуманс возвращается к обычным своим кондициям... зачастую умирает от полученных повреждений, которых только что вовсе не замечал. Но иногда, я не докапывался — может, есть какие-то четкие условия — что-то в мозгу заколдованного перемыкает, и он остается в этом состоянии навсегда.
- Огр не сильно похож на хуманса, - заметил Чумп недоверчиво. - Я встречал парочку, так они, я б сказал, не выглядят способными в толпе затеряться. Ростом с меня на лошади... не бывает таких хумансов!
- Ага, - выдумывать язвительные ответы Хастреду было недосуг, он и два-то занятия — удержание в себе излишков завтрака и рассказ — сочетал не без труда. - Заклинание может поразить гипофиз — это вот тут, в мозгу, на уровне уха... у тебя, Чумп, может и нету, потому ты и дрищ такой... и он, восприняв избыточный мышечный тонус как потребность организма, велит ему расти. Потому хуманс в процессе огрификации вообще ни о чем не думает, кроме как жрет безостановочно. Наращивает мясо, а поскольку умственные способности сильно падают — ему ж не объяснишь, что тренироваться следует, так что выходит не эффективная мускулатура, а попросту груда плоти впополам с жиром. Кости тоже растут, утолщаются, чтоб держать эту всю массу на ходу. Череп, как замкнутая конструкция, особо не имеет возможности расти, разве что в толщину; обычно начинает давить, причиняя огру жуткую боль, так что зачастую они сами себе башку раскраивают, чтоб снять давление. Боли они почти не чувствуют, восстанавливаются быстро, если конечно находят что жрать, пуская на строительный материал для тела. Мозг работает хреноватенько, где-то между малым дитем и думным боярином, но обычно хранит какие-то воспоминания и навыки, так что огры порой сподабливаются соорудить себе доспех из подручного всякого или там дубину взять, дабы не одними кулаками лупошить. Конечно, дубину сообразную его размерам не найти, но огры ребята без предрассудков, могут попросту выдернуть дерево и любого неосторожного вбить в землю по самые помидоры.
Напукон задумчиво посмотрел на свою палицу — человека бы ею оглушить милое дело, а вот такое бесконтрольно разросшееся?...
- В определенный момент мощь гипофиза иссякает, так то до небес огры не вырастают, - закончил свою краткую лекцию Хастред. - Но в два исходных роста и в восемь-десять толщин вымахивают за милую душу. Есть еще, слышали должно быть, огры-маги, так это те же самые огры, только из магов получившиеся. Они, конечно, атрибутикой не пользуются, круги не рисуют, посох не удержат, в зубах ковыряться разве что, но ввиду телесной мощи простые заклинания творить могут на ходу, как эльфы. Только у эльфов, конечно, пропускная способность тела много выше, а у огров как у обычных хумансов, зато функциональной массы этого плохо способного тела достаточно, чтоб запитать магию. Что бы вам еще поведать?
Альций и тому, что уже услышал, оказался не рад. Какой-то он вообще случился безрадостный, всесторонне тревожный и непонятно зачем надобный — ведь если там правда крупный камень или дерево упало, нарушив целостность магического круга, небось двигать его откажется, сославшись на свой профиль специалиста умственного труда. Он и от щедро предложенного набивного доспеха отказался, и оружия себе не истребовал, хотя и Хастред, и каптенармус настойчиво предлагали прихватить хоть копьецо, хоть топор какой. А это для мужчины странное поведение. Книжник, будучи великим знатоком и мастером шаблонных сюжетных ходов, даже заподозрил в маге скрытую девицу, но на подбородке у того тихонько начинал курчавиться юношеский пух, прародитель бороды. Да и сообразно правилам жанра переодетая девица должна не робость проявлять, а при всяком случае лезть на рожон, демонстрируя таким образом свои глупые бабские представления о маскулинности.
Оставить его надо было при кнезовом круге, пусть бы оттуда проверял восстановление целостности.
- От себя добавлю, что по моим наблюдениям огры не особо бдительны, - сообщил Чумп. - С глазами у них нелады, по крайней мере у тех, которых я встречал. За слух не скажу, но когда огр шевелится, он непременно за все цепляется, что-то ломает, топочет, хрустит, короче говоря сам себе мешает что-то отдаленное расслышать. Имейте в виду на случай, если вдруг завидите эту образину — еще не все пропало, не паникуйте и осторожненько от него убирайтесь.
