- Как до клинков дойдет, уж точно не стану в задних рядах отсиживаться, - объявил Напукон, гордо задирая голову. - А что до планов, то в том их сакральная суть, чтоб суметь большую силу одолеть меньшей. Ежели выйду из этой заварухи живой и не совсем чтобы от должности отставленный, на стратегуса постараюсь выучиться.
- Чтоб столько железа таскать не приходилось?
- Чтоб пользы приносить больше, нежели единым мечом. Ну и да, еще денек таких приключений, и пуп развяжется. Сей комплект для всадника назначен, а я в нем, извольте глянуть, по лесам да горам пешком бегаю. И снять-то недосуг, ну как потеряется хоть какая деталь... побитость-то ему, думаю, только солидности прибавляет, а вот утерю как пить дать придется из своего кармана выплачивать.
Ясно, на этого полагаться особо не приходится, заключил Хастред и огляделся внимательнее. Кнезовы бойцы расположились вокруг, подпирая деревья и переводя дух. Сердитые арбалетчики по-прежнему отрезали путь назад, самострелы их были взведены, а болты уложены в желоба. Устройства, конечно, были простецкие, со стремянным взводом, но получить из такого в брюхо не захотел бы даже бронированный по самое не балуйся рыцарь. Альций опасливо мялся на краешке формации, все еще ухитрился не потерять меч, что при его уровне самообладания выглядело настоящим достижением. А вот куда и, главное, зачем пропал Иохим, возглавлявший колонну? Тоже пошел в бесшумный поиск?
Как обычно, решение сложилось на гоблинский манер спонтанно. Хастред двинулся вперед, по направлению движения колонны, туда, где мог различить за деревьями редкие всполохи огоньков. Не ожидавшие такого маневра воины растерялись, и он успел миновать почти всех, когда двое последних решительно отлепились от своих опорных елок и плечом к плечу преградили ему дорогу.
- Здесь жди, чего непонятно, - пробасил один, едва ли заботясь приглушением голоса.
- Без приказа не сниматься! - добавил второй скрипуче, словно годами глотку не смазывал.
И не то чтобы что-то действительно было неясно, но то ли замечательная знахарская наливка воспламенила где-то в хастредовых недрах давно потухший короткий запал, то ли пресловутый сантиметр засохших хороших манер сам собой отвалился, но оказалось, что не у того парня на дороге нарисовался этот дорожный знак с двумя бородами.
- Это не МЫ в вашем отряде, - пояснил Хастред миролюбиво. - Это ВАС нам выдали в помощь. Так что брысь с дороги.
А поскольку бородачи пялились, изображая непонимающих, помог жестом — поднял руки и хлопнул сладкую парочку снаружи по ушам, так что в кистях загудело, а получатели гулко сшиблись шишаками и отвалились друг от друга теряющими стойкость конструкциями наподобие карточных домиков. Убить не убил, черепа от природы крепкие, а тут еще и под стальной коркой, но вот в ушах у них теперь не один час будет стоять ровный морской гул, а в схватке придется зачесть на два копья меньше. Что ж, бить своих, чтобы чужие боялись — метод, прославленный веками эксплуатации, да и «свои» из этих додиков какие-то неяркие.
Прежде чем кто-то еще очухался, гоблин уже шагнул между валящимися и отделился от остального отряда толстым древесным стволом.
- А вы ждите, не снимайтесь без приказа, - пожелал он оставшимся, прибавляя шагу.
- Стояяяяять! - сдавленно гаркнули сзади, раздался топот многих ног, стук-шлепок столкновения кого-то с кем-то, сильно демаскирующая ругань, ахи, лязг, а потом глухо щелкнула хорошо узнаваемая арбалетная тетива, раздался четкий удар стали о сталь, изумленно ойкнул рыцарь и заверещал маг.
- Какого ж демона ты творишь, дурак? - возопил Напукон и, очевидно, извлек из стрелка очень характерный звук, какой бывает, когда кувалдой лупишь по крупному скоту (не пытайтесь воспроизвести в домашних условиях, хорошо не кончится). А потом еще один удар, почти совпавший со вторым щелчком, и где-то в вершинах деревьев зашелестели ветки и гнезда, потревоженные ушедшим в молоко болтом.
Это зря они, конечно, себя выдают, но если иначе нельзя, то что ж теперь, - подумал Хастред отвлеченно или, вернее, позволил подобной мысленной конструкции пронестись где-то по периферии его сознания. Что уже свершилось, то поздно назад отыгрывать, как заметил Чумп, когда внезапным мощным чохом обратил на себя внимание целой толпы дворцовых стражников (и расколотил бесценную фарфоровую вазу, лупанув ей в борт своими стремительными соплями). Куда горше оказалось осознание, что кнезовы ратники не постыдились разрядить арбалеты в адрес союзников за малое нарушение субординации... хотя начинало уже казаться, что тут что-то гораздо худшее.
